Странички шелестят в полночь - Белла Лавгуд Страница 38

— Ничего себе!

Вдруг из-за вешалки показался Ракеш.

— Да-да. Это моя жена придумала. Сказала, что молодежь нужно чем-то развлекать. Так что у меня и фотоаппарат есть, и принтер. Печатаю фото в музейной обстановке. У нас их даже в магнитик можно вставить. Так что имейте в виду.

— С ума сойти! Обалденная идея. Как жаль, что мы торопимся. – Ракеш удивился: по гостям нельзя было сказать, что они спешат. – Вашему выбору позавидует любой прокат костюмов.

— Знаешь, что у нас обычно творится на Хеллоуин? Поэтому последние годы этот зал закрыт для посещений. Дети буквально крали костюмы. Хорошо, что они бутафорские.

Лора оставила костюмы и осмотрелась: в правой части зала висел портрет Остера.

— Расскажешь? Может, тебе известно о нем что-то особенное?

Ракеш закивал и улыбнулся так, будто ждал этого момента всю жизнь.

— Подойдите сюда. На витрине слева нет ничего примечательного. Пара первых изданий Остера, а еще газета с его рассказами. Может быть, вы не знали, но он начинал именно с малой прозы. Писал рассказы, пытался пробиться в любые газеты: местные, лондонские… Публиковался сначала под псведонимами, причем каждый раз под разными. Любил повеселить этим народ. Потом перешел на псевдонимы типа Улар Паест. Потом его нашел издатель и попросил больше не заниматься ерундой. Тогда Остер взялся за крупную прозу.

А вот здесь центр нашей остеровской коллекции. Эскизы иллюстраций к «Озерной истории». Их рисовал некий М. Л. Ричардсон, молодой художник, который познакомился с Остером как раз тогда, когда писатель заканчивал роман. Тот предложил нарисовать иллюстрации, и Остер, хотя еще не был уверен, что книгу издадут, согласился. Как вы знаете, впоследствии роман был издан без каких-либо иллюстраций. Мы даже сканировать их не разрешаем. Ричардсон вскоре погиб на Бурбонской войне.

— Постойте-ка, это точно иллюстрации к «Озерной истории»? – На набросках, выполненных углем, со временем пожелтевших, но все равно четких, была изображена пара влюбленных. На первом наброске молодой человек держал отвернувшуюся девушку за руку. На втором – они лежали в обнимку у подножия дерева. На третьем девушка стояла спиной и плакала, а юноша смотрел на нее с сочувствием. На четвертом они будто следили за кем-то, высунувшись из-за угла. Пятая иллюстрация была обрывочной: на ней была изображена девушка, а также образ человека постарше. Его лицо, испещренное морщинами, выражало недовольство. – Иллюстрации словно совершенно не отражают персонажей Остера. Ты уверен?

— А-а-а. Я понял. Клонишь к тому, что у Остера почти не было любовной линии?

— Верно. У него все про семейную вражду, соседские войны и вопросы морали. Там была свадьба Мэри и Освальда, но несла она, скорее, обличительный характер. Автор ввел ее для того, чтобы показать, как персонажи отнесутся к такому, как бы сказать, пиру во время чумы.

— Одну минуту. Я сейчас, – сказал Ракеш и оставил Лору и Стивена в зале.

— Занятненько. Ставлю на то, что это наброски к какой-то другой истории Остера.

— Ты же знаешь, что Остер не трогал любовные линии. Он предпочитал драму, битву поколений…

— Тогда это что-то из его неизданных книг! – Стивен был очень рад, что ему удалось найти ответ. Но Ракеш его быстро осадил.

— Ошибаешься, приятель. – Ракеш протянул Стивену ключ от витрины, а сам натянул перчатки. – Сейчас покажу.