Убийство цвета «кардинал» - Людмила Киндерская Страница 40

Все как по команде развернулись в сторону Серовой.

— Да все в порядке, — пробормотала Антонина и машинально дотронулась до глаза.

Сегодня синяк проявился, стал фиолетовым, и замаскировать его так, как вчера, не получилось.

— Послушайте, но ведь это же нельзя терпеть! Надо писать заявление в полицию, — возмутилась Камнева.

— Да какая полиция? Я предлагаю сходить к этому козлу и разобраться по-мужски, — заявил Баграт.

— Согласен с тобой, — нахмурился Николай. — Надо пойти и набить ему морду.

Он был ершистым, поэтому в угрозу самосуда Полина поверила сразу. В рабочее время это его качество никак не проявлялось, но Вера рассказывала, что Николай был ее соседом по даче и что он пару раз останавливал пьяные разборки между дачниками. И совсем не уговорами.

«И откуда там сила-то? — удивлялась Камнева. — С виду такой мелкий, несолидный. Правда, жилистый».

Все загомонили, загалдели. Со всех сторон посыпались предложения, что нужно сделать с хулиганом, чтобы отбить у него охоту распускать руки.

— Ой, какие вы прям крутые! Морду ему набьют! — перекрикивая шум, гаркнула Вера. — А он сам обратится в поли-

цию и получится белый и пушистый, а вы загремите в ку-тузку. Надо на него заяву написать: разнаписать, два написать — его посадят или выселят, а Тоньке квартирка останется.

— Я вас прошу, ничего не надо делать — ни морду бить, ни в полицию сдавать. Сами разберемся.

— Ну не надо так не надо, — медленно проговорил Николай. — И правда, чего это мы лезем, может, у вас чувства, — он произнес это слово дурашливо, и оно прозвучало как «чуйства». — Как говорится, «бьет — значит, любит» или «милые бранятся — только тешатся».

— Да не в этом дело, — со слезами на глазах прошептала Тоня. — Просто он раньше хороший был, а потом навалились проблемы, и он заболел алкоголизмом. Это болезнь. Понимаете?! — вдруг выкрикнула она.

— Ясен пень. Понимаем. Ну так и живи с больным, лечи его. Только не жалуйся тогда, — опять разгорячился Николай.

— А я, по-моему, и не жалуюсь, — вспылила Антонина.

— Ну вот и не жалуйся.

— А я и не жалуюсь.

— Все, ребята, брейк, — сказала Камнева. — Ссоритесь, как молодожены. Пошли работать.

Полина хотела хохотнуть, но увидела смотрящих друг на друга Антонину и Николая и передумала.

Ей было некогда размышлять, что именно она увидела, — нужно было срочно найти документы «Кардинала». Она решила начать с бухгалтерии. Если второй экземпляр документов существует, то он может быть только там.

— Нет, Поль, все документы были у Юли. И самое обидное, прикинь, мы получили от «Кардинала» только аванс. А оставшуюся сумму должны были получить после того, как выполним работу. А Холодная-то отчет не подготовила. И денежки теперь — тю-тю. Более того, гляди, «Кардинал» нам неустойку выставит. Им же наше заключение позарез нужно для какого-то конкурса. Хотя, конечно, у нас форс-мажор, но думаю, что убийство таковым не считается. Я имею в виду, что это форс-мажор, конечно, но в договоре это не прописано, там перечислены наводнения, войны и тэдэ. Короче, куда ни кинь — всю- ду клин, — тарахтела главный бухгалтер Лариса Крошкина.

У нее было грубое лицо, короткая стрижка и крупный пористый нос. Она любила выпить, была несносна в общении, но бухгалтером была, как говорится, от бога. Берц умел подбирать сотрудников.