Пионерский выстрел - Игорь Томин Страница 40

Валентина пошла к выходу из парка. День заканчивался. Загорались фонари.

Глава 30. Погоня

Подходя к гостинице, Валентина стала свидетелем необычной сцены. У входа в отель стоял милицейский уазик с горящими проблесковыми огнями. Рядом урчал мотором экскурсионный автобус, из которого выходили ветераны после посещения Лычаковского кладбища.

В тот же момент из дверей гостиницы двое крепких милиционеров выводили Глеба Чернова. Чернов выглядел растерянным и испуганным, не оказывал сопротивления.

Иван Косуло, только что вышедший из автобуса, сразу все понял и устремился следом за подполковником Микитовичем.

— Товарищ подполковник! – торопливо заговорил Косуло. – Этот гражданин мне тоже показался подозрительным с самого начала!

Микитович остановился и повернулся к ветерану:

— Хотите сообщить что-то конкретное по делу?

— Пока не могу сказать конкретно, но позже у меня наверняка появятся важные факты! – ответил Косуло, поправляя очки.

Чернова затолкали в «уазик», и машина с воем сирены помчалась по направлению к городскому отделу МВД.

Валентина быстро поднялась в номер к Максиму, но его там не оказалось. Она спустилась вниз и нашла следователя в баре за стойкой с бокалом коньяка и сигаретой.

— Максим! – подбежала она к нему. – Чернова только что задержали и увезли в милицию!

Туманский резко вскочил с табурета.

— Что?! Кто дал приказ?

— Микитович. Он приехал на «уазике» с нарядом.

Максим выругался и выбежал на улицу. Начал отчаянно махать рукой всем проезжающим машинам. Валентина помогала ему. Наконец остановились «Жигули» первой модели. За рулем сидел мужчина средних лет, машина была оборудована ручным управлением.

— Мы из милиции! – крикнул Максим, садясь на переднее сиденье, и мельком показал «корочку». – Догоняем служебную машину!

— Задача ясна! – кивнул водитель-инвалид. – Сейчас нагоним!

«Жигули» рванули с места. Водитель отлично знал город и ехал напрямик, игнорируя знаки «кирпич» и проезжая дворами. Вскоре они опередили милицейский «уазик» и перегородили ему дорогу на узкой улице.

Максим выскочил из машины. Навстречу ему вышел разгневанный Микитович.

— Максим Николаевич! Что за самодеятельность?! – закричал подполковник.

— Кто дал приказ на задержание? – не менее громко ответил Максим.

— У меня прямое указание от первого секретаря горкома! Дело под его личным контролем!

— А у меня приказ из Центра! – Максим очень близко, почти нос к носу, подошел к подполковнику. – По этому приказу все оперативное руководство делом передано мне и ты обязан мне подчиниться!

— Но подозреваемый должен быть доставлен на допрос! – попытался возразить Микитович. – Вы сами говорили, что есть свидетель, который видел, как Чернов выходил из номера убитой.

— К сожалению, таких свидетельских показаний у нас нет!

Микитович покраснел от гнева.

— Может быть, в Москве принято отказываться от своих слов, но у нас, во Львове…

— Повторяю, свидетель отказался от дачи показаний! А подозреваемый будет допрошен, когда это будет нужно мне! – отрезал Туманский. – А не тогда, когда местному начальству нужно отчитаться перед партийным руководством!

Словесная перепалка едва не переросла в драку. Наконец Максим схватил Чернова под руку и повел к «Жигулям».

— Поехали отсюда, – сказал он водителю, садясь в машину.