Концерт отменяется - Марина Серова Страница 41

Как правильно заметил Кирьянов, мы не знали, чей почерк был первым, а чей – вторым. Принимая во внимание стереотипы о творческих людях, Александров мог – и даже должен – быть неуравновешенным. Разбросанные повсюду нотные листы это отчасти подтверждали. История знает много примеров, когда гениальный творческий человек обладал какими-то особенностями в восприятии окружающего мира и коммуникации.

Из размышлений меня выдернул голос Кирьянова.

— Надо выяснить, кто с ним жил и как давно, – сказал он. – Чашку мог и гость забыть, а вот заметки в блокноте он вряд ли бы делал.

— Согласна. Начнем с того, что опросим соседей.

— Для этого, – Кирьянов махнул рукой в сторону выхода, – у меня специально обученные люди есть. Или ты хочешь сама?

У меня не было сомнений в квалификации сотрудников, которых подполковник бы отрядил для выполнения этой задачи, но все же лучше я сама послушаю ответы и посмотрю на реакцию соседей.

— Я пройдусь по соседям, – покачала я головой.

— Ну смотри.

Мы вышли из квартиры. Полицейский снова привычно занял свое место у двери.

— Я поеду в отдел. – Кирьянов начал спускаться по лестнице. – Направлю сюда группу, чтобы сняли отпечатки. Звони, если будет какая-нибудь информация.

— Конечно, – отозвалась я, поворачиваясь к соседской двери и нажимая кнопку звонка.

Тишина. Я позвонила еще раз – то же самое. Стоящий рядом полицейский заметил, что за то время, пока он тут находился, никто из соседской квартиры не выходил. Возможно, люди ушли на работу еще раньше. А может, здесь и вовсе никто не живет.

С другой стороны площадки было еще две квартиры, так что я направилась к ним. На звонок в первую изнутри донесся лай, судя по звуку, небольшой собачки. Сразу за ним последовал приглушенный женский голос, но так тихо, что слов было не разобрать, а потом все стихло.

Детектив должен же проявлять настойчивость? Я снова позвонила, насладилась недовольной реакцией домашнего животного, и наконец изнутри послышались приближающиеся шаги.

Дверь открыла девушка лет двадцати, а может, и того меньше. Маленькая собачка, по-видимому той-терьер, выглядывала из-за ее ноги.

— Да? – вежливо спросила она.

— Добрый день. Меня зовут Татьяна. – Я решила обойтись без указания своей профессии. – А вы знаете человека, который живет в соседней квартире?

Девушка сильнее высунулась из двери и, увидев полицейского, качнулась обратно.

— Это из-за того, что произошло вчера? – Она выглядела испуганной.

— Да. Так что, вы про него что-нибудь знаете?

— Ну, – девушка задумалась, – я его видела очень редко. Чаще вечером, когда возвращалась с учебы. Но… мы не общались. Так, только здоровались.

— Он жил один?

— В смы… в смысле? – Соседка выглядела еще более испуганной.

— Не волнуйтесь. – Я постаралась говорить максимально мягким голосом. – Он жил здесь один? Или вы встречали его еще с кем-то?

Снова возникло замешательство. Я буквально чувствовала, как она думает, прежде чем сказать. Возможно, это было вызвано самим фактом ее встречи с полицией и всей ситуацией, о которой ее расспрашивали. А возможно, она знала больше, чем говорила, и старалась не сболтнуть лишнего.

— Н-нет.

— Значит, не один? – Я внимательно посмотрела на нее.

— Ну… – Она посмотрела куда-то в сторону. – Пару раз я видела его с девушкой. Они шли из магазина, тащили пакеты.