Крик ночной птицы - Дарья Литвинова Страница 42

— Это мои духи, – улыбнулась женщина. Они снова вышли на лестничную площадку. – Из подъезда такое амбре, что сложно перебить, вот и использую постоянно. Много флаконов уходит.

— Скажите, а кто в квартирах рядом с вами проживает?

— Здесь вот два алкаша, муж с женой. – Женщина указала на квартиру напротив. – Они ближе к вечеру появляются, днем банки ищут и сдают. Рядом со мной – мужчина, наркоман бывший. Вот в этой квартире – бабушка с внучкой. И парень последнее время с ними, но он редко выходит.

— Как парень выглядит?

— Высокий, стройный. Нос с горбинкой.

Под это описание подходил и сам Краев.

— Этот? – вытащил он фотографию Филина, показал; женщина сразу закивала головой. – Уверены?

— Да, у меня хорошая память на лица.

— Спасибо вам большое.

— А что он сделал? – наконец женщина проявила любопытство. – С виду приличный.

— Ничего, он из дома ушел, мама его ищет. Спасибо за помощь.

Женщина наконец отправилась вниз, по своим делам. Сотрудники переглянулись.

— Давай дверь ломать, – сказал Краев. – В этом бомжатнике вряд ли умеют писать, так что жалоб не будет.

— А если Филина там нет?

— Значит, нет. Сбегай вниз, посмотри, что с окнами. Если нет решеток, оставайся там.

— Хорошо, – неуверенно сказал Минин.

Выбить дверь оказалось сложнее, чем рассчитывал Краев, но все же реально – на втором пинке она захрустела. «Полиция!» – крикнул оперативник, отскочив вправо; ноль реакции. Третий удар, четвертый; дверь просела. Краев с силой пнул ее плечом, и створка не выдержала, хрустнула. Оперативник пинком открыл дверь, снова посторонившись, – никого. Он уже стал сомневаться, что в доме есть люди; мерзкий запах усилился. В кухне пусто, первая смежная комната… есть улов. На кровати, раскрыв рот, спал разыскиваемый Борис Таржин. Краев, не раздумывая, подскочил и врезал ему кулаком по лицу, и когда тот ахнул, еще в полудреме, вмазал еще раз, перевернул на живот и надел наручники. Марина, тоже проснувшись в кресле перед выключенным телевизором, оторопело поморгала и заверещала.

— Заткнись! – рявкнул Краев, оборачиваясь. – Пристрелю!

Девушка сжалась, обхватила руками колени и стала тихонько всхлипывать. Все действие заняло не больше минуты. Попятившись, оперативник вышел в кухню, крикнул в окно:

— Вызывай наряд, у нас задержанный! – и вернулся в комнату. Борис потихоньку начал приходить в себя, стонал, из разбитой губы текла кровь.

— Таржин, – сказал Краев, – не двигайся, а то ноги прострелю. Тебя, девочка, тоже касается. Зовут как?

— Марина…

— Молодец. Сидим тихо. – Пистолет он, как обычно, не трогал, рассчитывал на свои силы. Да и не справится с ним пацан в наручниках, а девка явно не из героев. – Чем у вас тут воняет?

— Это водопровод потек, – ответила Марина.

— В комнате?

— Просто запах везде прошел.

Проверять Краев не стал, смотрел на двоих подростков, пока к ним не поднялся Минин; поставив его в проеме, оперативник приоткрыл дверь, боковым зрением следя за задержанными, заглянул и тут же захлопнул; всех обдало смрадом.

— Того ваш рот! Кто там?!

— Что? – подкинулся Минин.

— Что-то замотанное!

— Старуха! – озарила участкового ужасная догадка, и он сделал шаг к комнате. Краев жестом его остановил.

— Группа приедет, тогда посмотрим.

Группа ехала недолго. Труп Кочетковой, а точнее, то, что от него осталось, вытащили на белый свет и увезли в «Хароне». Следователь Мокин, выехавший на место, был крайне раздражен.