Хозяйка сада черных роз - Катерина Кавалье Страница 42

— Если вы хотите поторговаться насчет цены этого соглашения, я открыта к предложениям.

Ей не нравилось обсуждать Сиену как товар, но сейчас никак по-другому и не вышло бы. Она сделала глоток вина и вернулась к разговору:

— Я могу гарантировать приоритет в любых перевозках и ускоренное прохождение грузов. И, конечно, совместные проекты, в которых у вас будет полноценная доля.

Антонио медленно покрутил бокал в пальцах, наблюдая, как виски оставляет тонкие дорожки на стекле. Жест был показательно спокойным – таким же, как и его молчание.

— Вы говорите о доступе и деньгах, – произнес он наконец. – Это всегда можно пересмотреть. Меня интересует не выгода на бумаге, а расстановка сил.

Кьяра кивнула, ожидая именно этого.

— Тогда давайте говорить честно, – она чуть подалась вперед, опираясь ладонью о край стола. – Росетти не остановятся, пока не докажут, что вдова не сможет удержать за собой власть.

— И вы предлагаете мне встать между вами и ними.

— Оказаться по правильную сторону, когда этот конфликт перестанет быть гипотетическим, – спокойно ответила Кьяра. – Если вы откажетесь, Скьяретта останутся нейтральными ровно до первого выстрела у ваших ворот. Тогда выбирать будет уже поздно.

Взгляд Антонио стал тяжелым. Он отставил бокал, сцепив пальцы в замок.

— Если и когда Росетти проиграют, их зону влияния придется между кем-то делить… – протянула она свой самый добивающий аргумент и позволила ему повиснуть в воздухе без дополнительных пояснений.

Девушку, сидевшую напротив, никто, конечно, не спрашивал, хочет ли она вообще выйти замуж. Кьяра посмотрела на нее и поймала очень прямое понимание. Возможно, даже согласие, но в то же время как будто бы только на своих условиях.

Не мешало бы поговорить с ней позднее.

Антонио медленно выдохнул, будто подвел внутреннюю черту.

— Вы говорите о будущем так, как говорят те, у кого нет права на ошибку, – произнес он наконец, не повышая голоса и не отводя взгляда. – И это единственное, что удерживает меня за этим столом.

Он на мгновение замолчал, позволяя словам осесть.

— Скьяретта не выбирают сторону из страха и не продают дочерей за обещания. Если я соглашусь, это будет означать, что я признаю вас главой семьи и ставлю имя Корсани рядом со своим. А значит, и принимаю последствия, какими бы они ни были.

Его пальцы разомкнулись, ладонь легла на стол.

— Вы получите союз, – продолжил он уже тише, но жестче. – Логистическую поддержку, людей и тишину у себя за спиной, пока будете разбираться с Росетти.

Он посмотрел на Сиену лишь краем глаза, а затем снова на Кьяру.

— А я должен быть уверен, что, вступив в эту войну, не окажусь удобной жертвой, если вам понадобится доказать силу.

— Вы можете быть в этом уверены, – она спокойно кивнула без лишнего восторга. – Мне неинтересны чужие сферы влияния и жизнь семей, я не собиралась быть завоевателем всей Тосканы. Я хочу защитить свой дом и своих людей. То, что принадлежит мне.

Кьяра набрала в легкие воздуха. Последняя фраза далась особенно тяжело.

— Я не могу оскорбить память своего мужа, позволив кому-то отобрать все это.

Странное одобрение ощущалось со стороны Элены. На секунду даже показалось, что она кивнула, прежде чем вернуться к трапезе.

Кьяра не добавляла больше ничего. Все важное уже прозвучало, и теперь дело было не в словах, а в том, услышали ли ее так, как она хотела.