Расследование леди Ловетт - Вайолет Марш Страница 46

— Я постараюсь успокоить ее, милорд. Но обезьянка сильно напугана.

Друзья Хейфилда разразились хохотом, и веселье быстро передалось остальным участникам сборища. Кулак Хейфилда сжался, и его рука начала отходить назад. Мэттью изготовился уклониться от удара.

— Вы разберетесь с этим вредителем, или я разделаюсь с вами! – пригрозил Хейфилд. – Если не здесь, то в другом месте. Кто будет вашим секундантом?

— Господь всемогущий, что за суета? – Сквозь толпу к Мэттью протиснулась женщина во вдовьем платье. Несмотря на черный креп, скрывавший ее черты, он сразу узнал голос леди Шарлотты.

По толпе пронесся негодующий ропот, вызванный неожиданным появлением аристократической леди – представительницы одной из тех душ, что редко встречаются в таком районе Лондона. Леди Шарлотта проигнорировала шепот, решительно подняв закрытое лицо вуалью, чтобы взглянуть на Банши. Банши, похоже, не меньше остальных удивилась приходу новой зрительницы в темном одеянии и с любопытством уставилась на леди Шарлотту своими черными глазками.

Леди Шарлотта посмотрела сначала на Хейфилда, а затем перевела взор на Мэттью. Девушке, даже с прикрытыми чертами лица, удалось безукоризненно выразить осуждение, ограничившись лишь изящным наклоном подбородка. «Она воистину необыкновенная женщина», – с восхищением подумал Мэттью.

Очевидно, признав в леди Шарлотте даму из высшего общества, Хейфилд успокоился и попятился назад с гримасой легкого разочарования на лице.

— Это мерзкое существо посмело оскорбить меня, – принялся защищать свою честь Хейфилд.

С минуту леди Шарлотта не произносила ни слова, и ее молчание выбило Хейфилда из колеи. Наконец она нарушила тишину мелодичным голосом, выдержанным в безупречном нейтральном тоне:

— И в ответ на предполагаемое оскорбление вы вызвали обезьянку на дуэль?

Публика разразилась безудержным хохотом. Хейфилда разрывало между нахлынувшим гневом и весельем, порожденным собственной глупостью. Стоило ему заговорить, как в голосе щеголя исчезло прежнее, казавшееся ему вполне обоснованным возмущение.

— Я попросил хозяина назначить секунданта, а не обезьяну.

— Уверена, это милое создание не желало ничего плохого. Верно… – Леди Шарлотта прервалась и многозначительно обернулась к Мэттью, явно интересуясь именем обезьянки.

— Ее зовут Банши, – пояснил Мэттью, пожалев, что капуцина не одарили более достойным именем, принимая во внимание сложившиеся обстоятельства.

Леди Шарлотта снова повернулась к обезьянке.

— Верно, Банши? Ты не хотела оскорбить этого благородного мужчину.

Банши послала леди Шарлотте воздушный поцелуй – давний трюк, которому обучил ее старый хозяин, чтобы очаровывать трактирных девок во время стоянки в порту. На сей раз толпа дружелюбно рассмеялась, и Банши осталась довольной проделанным номером.

— А теперь не могла бы ты спуститься с этой вывески? – спросила леди Шарлотта, сперва поставив на землю плетеную корзину, которую держала в руках, а затем протянув к ней ладони. Банши тотчас покинула насест и, обхватив леди Шарлотту за шею, потянула за вуаль, но по счастью, не сорвав траурную материю.

Леди Шарлотта с королевской грацией, невзирая на вцепившуюся в нее обезьянку, снова обратилась к Хейфилду:

— Видите, милорд, это было недоразумение. Банши, покажи этому элегантно одетому джентльмену, что ты глубоко сожалеешь.