Тени дома с башенкой - Евгения Ринская Страница 47

Она выпрямилась и положила руки на колени – что ж, хорошо, что ее муж не смог узнать, какая судьба постигла его любимого ученика, мальчика, с которым он провел здесь столько времени. Но в этом случае завершить дело Адриана Валентиновича должна она. Нужно во что бы то ни стало узнать, что случилось с Витей Егорушкиным и какими были его последние часы.

Она улыбнулась портрету мужа: «Ничего, мы все узнаем».

Она посмотрела на собравшихся: Марья Власьевна перестала рыдать и клевала носом, Таня тихо плакала, уткнувшись лицом в воротник красного свитера, который так и не сняла после возвращения из леса. Сергей Петрович задумчиво смотрел на нее, словно ожидая решений.

– Все спать, – громко объявила Римма Борисовна, поднявшись из-за стола. – Хватит с нас на сегодня подвигов.

Она постелила гостям в комнатах, но сама так и не смогла уснуть. Наверное, сказывалось перенесенное днем потрясение, но Римма Борисовна лежала в нежной кружевной сетке просачивавшегося сквозь занавеску лунного света и перебирала в голове события этого дня. Вопросы в ее голове продолжали множиться: какмальчик оказался в подполе старой часовни? Почему старая часовня вообще превратилась в лесопилку? Зачем там был подпол? И, наконец, главный вопрос – если исчезновение фотографий из дома бабы Веры как-то связано было с поисками часовни, могло ли это означать, что ее смерть имеет отношение к гибели мальчика?

Полная беспокойства, она с трудом дождалась рассвета, но, как водится, едва темнота за окном расступилась, Римму Борисовну сморил глубокий сон. На веранду она, кутаясь в халат и даже не поправив растрепавшихся волос, вышла к 10 утра. На веранде пил чай Сергей Петрович.

– Доброе утро, – пробормотала Римма Борисовна. – А где же остальные?

– Таня ушла домой, она ж еще не поговорила с матерью. А Марья Власьевна встречает внуков. Сказала остаться тут и проследить, чтобы вы никаких глупостей не делали.

Римма Борисовна вздохнула, мысленно посочувствовав бедной Тане – еще неясно, стоило ли вообще говорить старенькой женщине, почти пятьдесят лет считавшей сына пропавшим, об их находке?

– А у вас какие на сегодня планы? – обратилась она к Сергею Петровичу.

Сергей Петрович в ответ неопределенно развел руками, но Римма Борисовна сразу поняла, что значил этот жест – находиться при ней до особых распоряжений Марьи Власьевны. Что ж, возможно, это было ей даже на руку.

– Сергей Петрович, – проворковала она, присаживаясь бочком на стул. – У вас есть машина?

Он уставился на нее с недоумением.

– Зачем вам?

– Видите ли, – она опустила глаза вниз. – Вчера в лесу все говорили о том, что мой покойный муж мог много общаться с одним из братьев Михеевых, который, оказывается, владеет соседним отелем. Я понимаю, что обстоятельства не соответствуют, но все-таки ужасно хотелось бы его навестить.

Она подняла взгляд и посмотрела на Сергея Петровича с тем выражением отчаянной надежды, которое только могла изобразить женщина, прожившая шестьдесят с хвостиком лет. Он вздохнул.

– Но Марья Власьевна…

«Нас убьет», мысленно согласилась Римма Борисовна, но решила, что иногда правда будет излишней.

– Я все равно поеду. Но думаю, Марья Власьевна очень расстроится, если узнает, что я поехала одна, – с нажимом сказала она.

Глаза Сергея Петровича напоминали глаза загнанной лани. Довольно упитанной лани. Наконец, он отставил чай и кряхтя поднялся.