Люди за спиной. Том 1 - Александра Маринина Страница 47

«Молодец, – мысленно похвалила его Настя, – Миша Доценко оценил бы по достоинству, мало кто улавливает разницу между „не видел“ и „не помню“. А Дебор эту разницу очень точно чувствует».

— С другой стороны, – неторопливо продолжал Юрий, – если кто-то разыскивает кого-то в театре, то режиссер – это последний человек, к которому могут обратиться. В первую очередь будут искать администратора, завтруппой, может, даже директора, в постановочном цехе поспрашивают, но уж точно к режиссеру не пойдут. Вы уже со всеми поговорили?

— Со многими, но я пока спрашивала только о Варваре. Вы – первый, кому я показала фотографию, – улыбнулась Настя. – Просто рискнула, подумала, что если вы проводите много времени, работая с Варварой, то сразу ответите на все мои вопросы.

— Варя должна вернуться через пару дней, сможете все у нее спросить. А что это за женщина, которую вы ищете? Кто она такая? И почему вы думаете, что Варя с ней знакома?

— Хотите честно?

— Хочу.

— Я сама не знаю, кто она. Ни фамилии, ни адреса, ни места работы. Известно только, что она из Крюковской области, землячка Варвары, и любит ваш театр, часто сюда приходит.

— Однако! – с усмешкой произнес Дебор. – И зачем она вам?

— Мне – низачем. Я же сказала, что работаю в детективном агентстве. Пришел клиент, попросил найти, заплатил деньги. Это просто моя работа, ничего личного.

Настя Каменская провела в театре еще пару часов, показывая фотографию Людмилы всем подряд. Результат – ноль: никто ее не вспомнил. Она ни к кому не обращалась, не искала Варвару Яскевич, не расспрашивала о ней. Значит, придется ждать, когда Варвара вернется из поездки. Любезный администратор взял у Насти визитку и пообещал позвонить, как только Яскевич появится в театре.

И какие выводы? Выводов нет, есть только варианты.

Первый: кто-то в театре солгал. Возможно, неумышленно, просто не захотел тратить время, напрягаться и вспоминать.

Второй: искомая Людмила знает Варвару в лицо, но лично с ней не знакома. Фотография Вари напоминает ей о родном городе. Тогда вообще нет смысла разговаривать с Яскевич, она ничего не расскажет о Людмиле.

Третий: Людмила и Варвара знакомы, но знакомство это было, скажем так, не особо приятным, не из тех, какие хочется возобновить и поддерживать. В этом случае разговор с Яскевич необходим.

Четвертый: все это – чистой воды совпадение. И слова Людмилы: «Как будто дома побывала» вообще не имеют никакого отношения к фотографии, на которой запечатлена Варвара. Они имеют отношение к чему-то другому. Но к чему?

* * *

Доценко и его молодой напарник обошли все заведения, расположенные в огромном доме на Истринской. К Венере из кофейни и парикмахеру из салона красоты добавились еще два человека, которые узнали женщину с фотографии, но этим все и ограничилось: они не смогли рассказать о ней ничего, даже не вспомнили, картой она платила или наличными.

— Никто никого не знает, никто никем не интересуется, – констатировал Доценко. – Вот они, плоды безудержной урбанизации.

— А что, раньше было по-другому? – недоверчиво поинтересовался Гена. – И трава была зеленее, и молоко жирнее – плавали, знаем. Стариковское нытье.

— Молодой ты еще, – усмехнулся Михаил, – не помнишь те времена, когда люди не то что годами – поколениями жили в одних и тех же квартирах. Я еще застал то время, совсем немного, конечно, но застал. Тогда при правильно организованной работе с населением можно было много чего раскрыть без всяких дополнительных хитростей. Теперь все иначе, народ постоянно мигрирует, анонимность жизни зашкаливает. Но и возможности другие появились.