Помадка, фадж и покойник - Моргана Бест Страница 47

Она перешла к делу без предисловий.

— Зачем вы за мной следили? Я изобразила на лице максимально убедительное удивление.

— В каком смысле?

Её лицо постепенно побагровело.

— Я видела вас и вашу подружку, Летти. Я не ошиблась, так что не пытайтесь делать вид, что это были не вы. Я надеялась, что она блефует, и продолжала стоять на своём.

— Это были не мы! Я весь вечер была дома. – Звучало это неубедительно даже для меня самой. Я пожалела о сказанном, едва слова сорвались с языка.

— Я знаю, что это были вы, так что бросьте притворяться, иначе тем хуже для вас, – приказным тоном сказала она. Я отступила на шаг.

— Вы мне угрожаете?

С ответом она не мешкала.

— Да!

У меня не нашлось слов. Я пожалела, что у меня нет хоть какого-нибудь оружия на случай, если она бросится, а потом подумала: может, мне стоит всегда носить с собой кусочек верёвки и кидать в тех, кто придёт меня убивать. А потом решила, что это не лучшая идея: Монгрел увидит меня с верёвкой – и мало не покажется. Я передёрнулась от этой мысли.

— Кофе будете?

Может, и странно было включать режим радушной хозяйки, но я не знала, что ещё делать. Меня немного утешало, что она пока не пыталась ни застрелить, ни пырнуть, ни вколоть мне шприц с какой-нибудь отравой. Я надеялась, что напускная нормальность её остудит. Напрасно.

Она скривилась.

— Вы с ума сошли?

— Пожалуй, – сказала я. – В общем, вы пришли, всё сказали – может, уже пойдёте?

Она скрестила руки на груди.

— Уйду, когда посчитаю нужным, и только после того, как вы объясните, зачем за мной следили. Между прочим, я могу заявить на вас в полицию за подглядывание!

Тут меня осенило.

— Подглядывание? И что же, по-вашему, я такого увидела? Вперёд, расскажите полиции, что именно я должна была видеть.

Впервые с тех пор, как она вошла, Паула заметно стушевалась. Я была уверена: ей совершенно ни к чему, чтобы полиция узнала о её тёплых – очень тёплых – отношениях с соседом, Гербом Грином, и, без сомнения, это тянулось ещё до убийства её мужа.

Паула раскрыла рот, чтобы ответить, но тут же взвизгнула:

— Это самый уродливый кот, какого я в жизни видела!

— Как вы смеете! – сказала я. – Не смейте так говорить о моём коте, да ещё при нём. – Я обернулась: Монгрел не отводил от Паулы взгляда. – У него тяжёлая судьба!

— А у кого она лёгкая! – грубо отрезала Паула. – Давайте начистоту, – добавила она. – Я знаю, что это вы двое таращились в окно, так что хватит играть. Нам полиция ни к чему, и вам она ни к чему, так что не притворяйтесь, будто собираетесь туда звонить. А теперь объясните, зачем вы на нас пялились? И Герб говорит, что вы ещё и шныряете по его магазину и по его дому. Что вообще происходит! Я вздохнула. Поняла, что смысла таиться больше нет.

— Что ж, раз уж вы настаиваете: я решила, что вы, возможно, убили своего мужа.

На лице Паулы промелькнули шок, недоверие, а затем злость.

— Убила мужа? Конечно же я не убивала мужа!

— Что ж, мотив у вас определённо был, – сказала я. – Всё вам отойдёт, и к тому же вы явно давно крутите роман с Гербом Грином. Откуда мне знать – может, вы были заодно. Я задумалась, умно ли я поступила: ведь я видела немало фильмов, где героиня, столкнувшись с убийцей, начинает говорить лишнее – и в итоге рискует собственной шкурой.