Месть ниоткуда - Михаил Михайлович Попов Страница 48

— Мне нужен Ипполит Игнатьевич Зыков.

— Что? — спросили они тихим хором.

Я вдруг почувствовал, что веду себя правильно: сейчас грубым напором сорву тонкий замысел Марченко. Слон в посудной лавке.

— Есть основания считать, что он находится в вашем учреждении. Ипполит Игнатьевич Зыков. — В интонации моего голоса содержался намек на то, что тут, в «Аркадии», его удерживают насильно.

— А вот и доктор, — с большим облегчением сказала одна из девушек.

Полная, красивая, как пирожное безе, женщина в белом. Она все слышала. Но смотрела на меня спокойно. Становилось понятно, что на бильярде я здесь уже не поиграю. Сейчас меня выставят. Я был согласен. Хотелось бы только, чтобы вежливо, без вышибал. И я смогу с чистым сердцем доложить подполковнику, что меня «раскололи». Сам виноват. Но по второму разу меня сюда уж не погонишь.

— Пойдемте, — предложило безе.

Сердце мое опять дернулось.

Все смотрели на меня выжидающе. Мне хотелось просто удрать, но было нельзя. Я медленно вернулся к креслу, взял с него свою куртку. Прости, Петрович, задержусь. Мне придется с ней пойти. И не из любопытства, хотя было понятно — про «дедушку» здесь знают. Если разобраться, я разведал достаточно — он здесь, так пусть подполковник гонит сюда своих орлов.

Женщина в белом повернулась и пошла вглубь здания. Можно было рвануть к выходу, но я двинулся за ней.

Лифт! В двухэтажном здании?!

Поездка была короткой и неприятной. Дама на меня не смотрела и была абсолютно спокойна, что действовало мне на нервы, и так уже сильно перекрученные.

Я был смят и растерян, но убранство холла на втором этаже сумело меня поразить. Дубовые панели на стенах, фикусы и пальмы в кадках, медведи и стволы Шишкина на стене. Секретарша за столом с кремлевской лампой и черным, страшным телефоном.

Меня попросили подождать «секундочку», я затравленно оглядывался. Секретарше я был не интересен, она возилась со своим смартфоном. Не все здесь было стилизацией.

Итак, что я скажу, когда меня спросят, зачем я пришел? Изначальная легенда развалена моей паникой. Новую, убедительную мне сейчас не сочинить. Говорить правду? Я представил, как глупо будет выглядеть моя правда: сбитые женщины, наказанные милиционеры, подполковник, спрятавшийся в камере собственного РОВД…

И дверь в кабинет открылась.

Белая врачиха впустила меня внутрь и ушла.

Убранство кабинета продолжало по стилю то, что я видел в предбаннике. Пятидесятые годы. Это я заметил краем сознания, потому что главное мое внимание занял человек в кресле. Толстый, в белом халате, с голым, заостренным кверху черепом. Края бровей опущены, нижняя губа выпячена.

— Присаживайтесь.

Я присел, но он не начал говорить. Значит, это моя обязанность. Два раза проглотив слюну, я начал:

— Мне бы хотелось увидеть Ипполита Игнатьевича Зыкова.

— Вы его родственник?

— Сосед.

— Ну хоть что-то.

Он хочет сказать, что рад моему приходу?

— Что с ним?

Хозяин кабинета поиграл бровями.

— Нарушение мозгового кровообращения.

— Когда это случилось?

— Четыре дня назад. Состояние сложное, есть угроза инсульта. Мы делаем все возможное.

Так. Что же еще спросить?

— А-а, к вам его привезли?

— Нет, это случилось здесь, в том самом кресле, в котором сидите вы.

Представляю себе: старик пришел ругаться. Он был странный уже в тот день, когда я его привозил в здешнюю ментовку…