Чужая тайна - Елена Фили Страница 49

— Я тебе две фамилии подкину, они по касательной в деле, но мало ли. Вдруг у этих двоих дачи есть по нужной нам дороге? Так себе идея, но лучше проверить, Михалыч.

— Давай, давай, все лучше, чем вслепую тыкаться.

— Собственность перетрясти не только у этих человек, но и их родственников, понял, да?

— Не первый раз замужем, Никита Алексеич. Не беспокойся. Все сделаю как надо.

Никита отбился и снова позвонил. На этот раз судмедэксперту Толику из регионального бюро судебно-медицинской экспертизы, здание которого примыкало к управлению.

— Привет! Как там моя авантюра? Удалась?

— А что ты такой деловой-то? Ни тебе интересного рассказа, ни предложения попить вместе кофе?

Никита про себя чертыхнулся. Знал же, что Толик очень любит истории жертв, тела которых ему приходилось исследовать. Была у Толика теория о том, что случайных убийств не бывает. Правда, сейчас-то тела нет, и слава богу! А вот историю рассказать можно, очень интересная получается история, но только если Толик подтвердит теорию Никиты.

— Если я прав и ты даешь положительный ответ на мой запрос, взамен получишь совершенно восхитительный рассказ в твою коллекцию преступлений. Не томи.

— Готово твое заключение, приходи. Мне Артем новую банку кофе принес, клялся, что самый лучший. «Эгоист» называется. Надеюсь, это не намек.

— Уже бегу!

В кабинете Толика с настежь открытым окном было все равно жарко. А кондиционеров тот не признавал. Артем, упершись руками в колени, сидел на подоконнике. Рядом стоял непрозрачный пакет с очертаниями пивных бутылок.

— А я домой уже собрался, вдруг Толик говорит, ты сейчас придешь, что-то интересное расскажешь.

Никита с укором посмотрел на Толика, потом перевел взгляд на Артема.

— Тебе — нет. Это же только версия, очень сырая. А ты предвзято относишься к Звездину. Сейчас начнешь насмехаться над моими выкладками. А Толик, он выслушает и даже что-то подскажет.

— Толик подскажет, — подтвердил судмедэксперт, — у Толика даже найдется собственный взгляд на твою версию, Коломбо.

Оба, Толик и Никита, повернулись и пристально уставились на Артема. Он поерзал на подоконнике, но даже не сделал попытки спрыгнуть.

— И не надейтесь. Сам не уйду, хотите — выталкивайте. Очень интересно мне, что ты, Коломбо, придумал на этот раз. Я прямо печенкой чувствую новые неприятности, как в девятнадцатом году, когда ты в санатории крутого детектива из себя строил, хотя и полномочий не было, а мне потом пришлось расхлебывать, протоколы задним числом оформлять[5].

— Не ты один отдувался! — Толик невозмутимо снял с подоконника пакет со звякнувшими бутылками и перенес его к двери. — Мне тоже прилетело рикошетом. Ваш майор моего майора попросил, а тот устное распоряжение отдал, чтобы я труп проверил, нет ли криминала, а потом он же и отперся, мол, моя личная инициатива была, а может, даже сговор.

— Это адвокат столичный кашу заварил, которого оплатили замешанные в деле «большие люди». То к одному придерется, то к другому. Судья два раза отправляла дело на доследование. Может, и условным сроком все бы закончилось. — Артем спрыгнул с подоконника, но остался стоять.

Все трое помолчали, вспомнив страшный финал этой истории и чудовищный ковидный двадцатый год.

— Все-таки гоните? — Артем с наигранной мольбой в глазах посмотрел на Толика и Никиту и, не дождавшись ответа, пошел к двери. — Так и останешься старшим лейтенантом, Коломбо, попомни мои слова, в этом деле тоже замешаны известные люди. И у них есть столичные адвокаты.