Особая война - Сергей Иванович Зверев Страница 49

Инженер достал из стола лист бумаги и стал набрасывать схему, комментируя каждую линию. Он показал, где тридцать лет назад была авария, как восстановилась конструкция и куда лучше заложить взрывчатку, чтобы нарушить именно этот узел конструкции, имеющий более низкую прочность.

— Если тротил, — в заключение заявил инженер, — то вот сюда, где на втором «быке» стыкуются два пролета моста. Третий пролет лежит прочно, а второй под сомнением. Я думаю, что не меньше ста пятидесяти килограммов взрывчатки нужно уложить вот в это место.

— Значит, только по мосту можно туда добраться, — вздохнул Романчук.

— Ну почему же, — пожал инженер плечами. — Там лестница есть для обслуживания и осмотра конструкций. Она на каждом «быке» есть от самого уреза воды и под каждым пролетом тянется горизонтально. Можно со льда подняться…

Зоя проснулась сразу, будто от толчка. Состояние тревоги не оставляло ее всю ночь. Девушка помнила, что часто просыпалась и снова впадала в какое-то полуобморочное состояние. Бабушка! Партизанка улыбнулась, вспомнив, как старушка открыла ей дверь, как всплеснула руками и принялась ухаживать за уставшей, замерзшей незнакомой девушкой. «Она меня спасла, — подумала Зоя, — и это не преувеличение. Если бы я не вышла к этой деревушке, то точно упала бы в лесу и уснула. И замерзла насмерть».

— Куда ты, деточка? — всполошилась старушка, поднявшись на своей лежанке.

Зоя пощупала свою одежду, висевшую на веревках у печи, и стала одеваться. Бабушка сунула ноги в валенки и подошла к девушке.

— Куда тебя несет-то? Ведь простуженная вся, хворь заработаешь какую, потом всю жизнь маяться будешь!

— Спасибо вам, бабушка, за все. — Зоя прижала к груди свою кофточку и с улыбкой посмотрела на хозяйку. — Мне правда надо уходить. Там друзья мои в беде, да и вам нельзя меня прятать. Нагрянут фашисты или полиция, и несдобровать вам, что меня привечаете.

— Да нет у нас никого, — сокрушенно покачала головой бабушка, — и носа не кажет сюда никто. Живем сами, как можем.

Зоя оделась, обняла напоследок старушку, не зная, какими словами благодарить ее за доброту и тепло. Девушка понимала, что баба Матрена, как назвалась старушка ей вчера, была бы рада, если Зоя останется. Трудно одной и тоскливо, когда в деревне людей-то почти не осталось. Одни старики. Но мысли Зои были сейчас далеко — там, в Циховичах, рядом с мостом, который девушка должна взорвать. Или хотя бы придумать, как взорвать, чтобы помочь своим товарищам. Девушка понимала, что ей предстоит тяжелый путь возвращения в город, но надо было идти. Фашисты будут ее искать, но Зоя намеревалась быть очень осторожной и не попасться во второй раз. А если уж придется, то последнюю пулю она оставит для себя. Не дастся живой в руки врага!

Городок встретил партизанку пасмурной погодой. Зоя не меньше получаса просидела на стволе поваленной березы на опушке, отдыхая после долгого перехода. Ей предстояло провести ночь где-то в заброшенном здании, которых было много в Циховичах, но сейчас вечер она проведет в наблюдениях за мостом. Возможно, что-то изменилось. А еще надо подобраться поближе к маневровому паровозику на запасных путях. Очень хотелось забраться в кабину и попытаться понять, как им управлять. Может, она сама справится? Но Зоя не имела ни малейшего представления, как управлять этой махиной, как растопить котел.