Убийство цвета «кардинал» - Людмила Киндерская Страница 51

Хлопонин скрипнул зубами. Думать о Даше Головиной невозможно. И он не будет. Он умел себе приказывать.

Силиверстова не догадывалась о бушевавшем в душе Хлопонина урагане. Она целиком погрузилась в рассказ и старалась не упустить ни одной важной детали.

— И что в этих документах «Кардинала» не так? — склонив голову к плечу, спросила она.

Хлопонин снова несколько раз сжал кулаки и выдохнул через нос.

Полина не поняла, что она сделала не так, и снова испуганно вскинула на него глаза. «Она не Даша, — сказал себе Игорь Валерьевич, — другой Даши не будет. — И вдруг неожиданно подумал: — И слава богу».

Он почувствовал, что успокоился и призраки прошлого вернулись в дальние уголки его памяти, где им самое место.

— Да многое не так. Но нужно быть очень серьезным профессионалом, чтобы в этом разобраться, — произнес он невозмутимо, будто и не бушевал только что у него в душе ураган.

— И все-таки я не понимаю: если Юлия Павловна что-то раскопала незаконное в бумагах «Кардинала», к чему такие тайны? Зачем замазывать название фирмы? Мы же не налоговая инспекция.

— Я тоже не совсем понял, из-за чего весь сыр-бор. Даже если там работал дорогой для нее человек. Ну нашла непорядок в документах, ну дала плохое заключение, а «Кардинал» выбросил бы его на помойку и получил бы хорошее у какой-нибудь другой фирмы.

Они помолчали. Полина намотала прядь волос на палец и потянула ее вниз.

— А можно мне задать вам один вопрос? — небрежно поинтересовался Хлопонин. — Что у вас с глазом? Бандитская пуля?

Полина опомнилась, поправила челку, буркнула про косяк, ночь и свою неловкость.

Хлопонин расплатился по счету, и они вышли из уютного кафе в позднюю осень. Было ветрено и дождливо. Полина расстроилась: у нее же прическа, а тут дождь. Она открыла зонтик и попыталась укрыть им и себя, и Хлопонина. Внезапно резкий порыв ветра подхватил ее волосы, швырнул их ей в лицо и выгнул зонт в обратную сторону.

— Я, наверное, пойду, — Полина поежилась.

— Давайте-ка в машину, — произнес Хлопонин решительно. — Давайте, давайте, без разговоров. Не хватало еще заболеть.

Отпираться было глупо, и Поля юркнула в черный внедорожник. На сиденье вповалку лежали документы, из-под которых выглядывал термос.

В салоне автомобиля пахло сигаретами, торпеда машины была обклеена стикерами с какими-то закорючками. Похоже, автомобиль для Игоря Валерьевича в первую очередь средство передвижения, рабочая лошадка.

Хлопонин вставил карточку-ключ в замок зажигания, двигатель пару минут довольно поурчал, и в салоне стало тепло. Они сидели в машине и говорили о Юлии, но как только замолкали, сразу повисала неловкая пауза, и кто-то из них быстро заполнял ее формальным разговором ни о чем. Постепенно паузы стали длиннее. Полина понимала, что нужно прощаться и покидать уютный салон автомобиля. Но она понимала и то, что, как только она это сделает, Хлопонин из ее жизни исчезнет. Навсегда. Вместе с вдруг возникшим чувством защищенности.

Во время очередной паузы она наконец взялась за ручку дверцы.

— Подождите, — резко сказал Хлопонин, и Полина испуганно дернулась. — Подождите. Я вас отвезу.

Игорь поймал себя на мысли, что не хочет расставаться с Полиной, и это его раздражало. Сейчас отвезет ее домой и поедет в кино на «Великого Гэтсби» с Леонардо Ди Каприо. Он любил Ди Каприо и любил ходить в кино. Один. Ему хо-рошо думалось во время сеансов: нисколько не мешали сюжет, музыка и перешептывание зрителей, даже наоборот.