Колье примадонны - Наталья Николаевна Александрова Страница 52

И тут я вспомнила звонок Ольги, жены Борюсика.

Она говорила, что меня разыскивали двое – один пожилой, а второй – громила, похожий на орангутанга.

Парочка за окном кафе как нельзя точно соответствовала Ольгиному описанию!

И они явно явились по мою душу! Вычислили, гады, меня по номеру мобильника!

Сейчас они вглядываются в кафе, еще немного – увидят меня, и тогда…

Григорий почувствовал, что я напряглась, и перехватил мой испуганный взгляд.

Увидев подозрительную парочку за окном кафе, он заметно побледнел.

— Кто это такие? – прошептал он, сползая со стула.

— Опасные люди с виду… – сказала я равнодушно, как будто ко мне это не имеет никакого отношения.

Григорий же еще сильнее побледнел и зашептал:

— Это наверняка они… Это люди Бульдозера, они пришли по мою душу… Они меня разыскивают… Что делать? Что делать?

Я не стала переубеждать его, не стала объяснять, что парочка за окном ищет не его, а меня.

Сейчас было просто не до долгих объяснений. Нужно было как-то сбежать от этих двоих.

И тут у меня снова всплыли детские воспоминания.

Мамина знакомая, которая работала в кукольном театре, привела нас в это кафе не через главный вход, не с улицы, а прямо из театра, из каких-то служебных помещений. Вот вы подумайте, мне было лет шесть, не вспоминала про это, а сейчас в голове всплыло, как будто вчера все происходило.

И выход этот был…

Он был рядом с огромной куклой!

Тогда, в детстве, эта кукла показалась мне просто гигантской. Да и сейчас этот Петрушка был немаленьким – как минимум в полтора человеческих роста.

А за его спиной я разглядела неприметную дверцу.

Парочка за окном, похоже, заметила меня и с решительным видом двинулась ко входу в кафе.

Григорий увидел это и буквально позеленел.

— Что делать? Они идут сюда!

Не тратя времени на объяснения, я вскочила и бросилась к лоскутному Петрушке.

Григорий устремился за мной.

Я отодвинула куклу, повернула дверную ручку…

На мое счастье, дверь не была заперта.

Я юркнула внутрь. Григорий протиснулся за мной и торопливо захлопнул дверь за собой, да еще задвинул засов.

Мы оказались в полутемном коридоре.

Я припустила вперед по этому коридору, припоминая, как шла по нему в детстве. Мама со своей знакомой увлеклись разговором, а я бежала впереди.

Вот та самая комната, где работала мамина знакомая.

Я открыла дверь.

На полу комнаты были разложены большие листы фанеры, и молодая женщина рисовала на них каменные стены и башни средневекового замка. Рядом стояли картонные рыцари в доспехах из фольги, чуть в стороне – большая фанерная лошадь.

Ну все понятно, здесь наверняка делают декорации для будущих спектаклей.

Женщина оторвалась от работы и взглянула на нас:

— Вы кто такие?

— Мы к Анне Аркадьевне, – поспешно ответила я, внезапно вспомнив имя и отчество маминой знакомой.

— Что? – удивленно переспросила женщина. – Она здесь давно уже не работает!

— Да что вы говорите? – переспросила я. – Ну надо же…

— Конечно, она уже вышла на пенсию.

Не слушая ее, я пересекла комнату, толкнула следующую дверь – и оказалась в длинном помещении, по которому расхаживал долговязый человек в черном облегающем костюме, на плече которого сидела большая черная ворона.

Приглядевшись, я поняла, что ворона не живая, что это большая кукла.

А человек повернул к ней голову и спросил совершенно серьезным тоном: