Скверное место. Время московское - Вадим Тихомиров Страница 56

— Да как-то неубедительно у тебя получается поубивать, – затягиваясь сигаретой, поддерживал разговор Сергей Сергеевич. – Если уж начал бить, то надо было не останавливаться. Вот когда ты им по мордасам съездил, чего остановился? Не надо было останавливаться. Вот потому они тебя и отпрессовали, потому что ты им такую возможность дал.

— У меня пальцы слабые, проблемы с костями у меня, когда бью, мне очень больно руке. С детства ненавижу драться, а эти скоты об этом знают, как увидят меня в кабаке с какой бабой, так сразу начинают права качать. Да чего уж теперь…

— Так ты что, знаешь их?

— В школе вместе учились. И живут они рядом со мной, на Алексеевской. Это братья Коваленко. Я у одного из них девчонку увел в десятом классе, вот они и мстят.

— До сих пор? Уж, наверное, лет десять назад школу закончили?

— До сих пор.

— А чем эти хмыри промышляют?

— Да это хромовская шантрапа, с ларечников дань собирают.

Наверху громко играла музыка, слышались смех и пьяные вскрики, смысл которых невозможно было разобрать. Да и вообще, внизу, в холодном зале ожидания, все, что происходило наверху, в ресторане, воспринималось как что-то непотребное и враждебное.

— А где Ирка? Та, что со мной была.

— С ними за одним столом сидит. Бухает.

— Тварь… Шлюха…

— Да ладно тебе. Другую найдешь.

— Это да, это конечно. Но ведь обидно, я за ней три месяца ухаживал, а эта шалава. Понимаешь, мужик, я ненавижу их. И как здесь быть, я не знаю.

— Тебя как зовут?

— Сергеем. Фамилия Дмитриев.

— О, тезка! И меня Сергеем. Сергей Сергеевичем. Будем знакомы. Давай пять.

— Руки в крови. – Сергей всем своим видом показал, что и рад бы пожать протянутую ладонь, но.

— Руки у него в крови, – засмеялся вдруг Сергей Сергеевич. – У меня, может быть, тоже руки в крови, и ничего, живу. Так что давай не стесняйся!

И два Сергея пожали друг другу руки.

— Слушай, ты вот сказал, что готов их убить, – вдруг посерьезнел Сергей Сергеевич и заговорил значительно тише, почти шепотом. – Ты это серьезно или так, обида в тебе говорит?

— Куда уж серьезнее. Обида лет десять назад была, теперь только одно желание – замочить этих шакалов.

— Ну так и замочи.

— Смеешься, дядя? Голыми руками?

— Ты вроде как при деньгах, купи ствол.

— Деньги-то имеются, только в магазинах стволы на прилавки не выкладывают. И на колхозный рынок не пойдешь спрашивать, что почем. Там одни черные, а от них я держусь подальше. Такое правило! И тем более я не хочу нарваться на ментов, чтобы потом на зоне отсиживаться за приобретение огнестрела.

— Тогда в рестораны не ходи. Чтобы не попадаться им на глаза. Живи тихо, глядишь, и отстанут.

— Ну нет, хрен им. Они подумают, что у меня очко жим-жим.

— А что, не жим-жим?

— Нет, конечно!

— Ну а если я тебе вдруг ствол продам?

— А у тебя есть?

— Ну, допустим.

— Так допустим или есть?

— Есть.

— Беру. Цена не имеет значения.

— А ты хоть знаешь, как с ним обращаться?

— Дядя, я срочную не дурошарил, я ее как положено отбарабанил в войсковой части под номером 03863. Хоть это и не Афган, но навыки кое-какие отцы-командиры дали. А если что, ты подскажешь.

— Добре!

И уже через десять минут они сидели в такси, которое, проехав почти через весь город, остановилось у бесконечного зеленого забора, отгородившего ото всего остального гражданского мира обычную мотострелковую часть. Когда «Волга» скрылась за поворотом, они еще постояли с пару минут, покурили и потом двинулись через канаву к известному только одному Сергею Сергеевичу месту. Пройдя метров пятьдесят наискосок, они остановились, и «капитан дальнего плавания» легким толчком раздвинул пару досок, гостеприимно пропуская вперед своего тезку.