Тайна голубого стакана - Алексей Попков Страница 57

— Я думаю, – досказал капитан, – это фотографирование спугнуло Неизвестного. Долго потом старался я разыскать его, но напрасно, хотя я и чаще, чем до этого, стал бывать там, где обычно встречал его.

— Да, мне это тоже не нравится, – помолчав, сказал полковник. – Но беспокоиться надо не о том, что Сандерс перестал разыскивать нужного ему человека. И вовсе не фотографирование могло его спугнуть. Я боюсь, что могло случиться худшее: эта хитрая лисица исчезла с вашего горизонта после того, как успела достигнуть намеченной цели…

— Вы так предполагаете? – спросил капитан, задумавшись.

— Не предполагаю, а уверен! Вы еще недостаточно знаете Сандерса. Я вас ознакомлю с некоторыми материалами о нем, тогда у вас окончательно откроются глаза.

— Но куда же он мог деваться?

— На мой взгляд, его надо искать на руднике, – ответил полковник, откинувшись на спинку стула.

— Я вас не понимаю. Почему на руднике?

— Мне подсказывают опыт и общая обстановка, что Сандерс обязательно должен появиться там и возглавить группу. Я хочу еще вот что спросить у вас: вам не приходилось встречать где-нибудь человека, называющего себя Федором Масловым?

— Федор Маслов? – в раздумье проговорил капитан. – Нет, встречать не приходилось…

— Так вот, выслеженный вами Неизвестный, то есть Сандерс, появился в России еще до революции, называл себя русским подданным. По заданию английской разведки он был заслан в качестве рабочего в одну геологическую экспедицию…

— Дорогина! – невольно воскликнул капитан.

— Да, действительно, Дорогина, а что?..

— Так ведь именно в записках Дорогина я и прочел ту фамилию. Значит, Маслов и Сандерс – это одно лицо?

— Совершенно верно! Вот и преемственность, о которой, вероятно, вы хотели мне рассказать. Но это только часть ребуса, который мы с вами должны разгадать и как можно скорее!

— Чем же я должен сейчас заниматься?

— Как чем? Продолжать выполнять задание. Оно как нельзя лучше подходит к вашим специфическим качествам… Вы ведь по образованию геолог?

— Так точно! Но я не понимаю, чем мне может помочь моя бывшая специальность? Прошу также учесть, что у меня в работе по профессии значительный перерыв, кое-что забылось…

— Ничего, ничего… Скромность хороша лишь в известных пределах. Мы знаем ваши способности и знания. Ну, а теперь ознакомьтесь вот с этим… только что расшифровали… – Полковник протянул капитану бланк радиограммы. Тот внимательно прочел, и некоторое время раздумывал над ее содержанием. Наконец, он спросил:

— Что же, выходит, у автора этой радиограммы и своя рация есть?

— Да нет, он пользуется чужой, – усмехнулся полковник, – только без ведома и разрешения ее владельцев…

Капитан продолжал обдумывать все, что стало известным ему за последние минуты.

— А этот «Гранит» справится с таким сложным порученцем?

— Справится ли? Ого, это – огонь парень! Орел! Да, орел парень! – повторил Якорев. – Вот он, незаметный, невидный для постороннего глаза повседневный героизм советского разведчика. В логове врага, среди врагов, ежеминутно рискуя жизнью, служит разведчик Родине. Любая оплошность, первое опрометчивое слово – и неминуемая смерть и, что хуже смерти, срыв, невыполнение задания. Но «Гранит» умеет владеть собой. И он выйдет победителем из этой трудной борьбы.