Пирожки со вкусом преступления - Селия Брук Страница 6

Бет рассмеялась:

— У нее первый эфир в жизни, посвященный не нравам развращенного Лондона. Дай ей побыть в центре новостной повестки. Хотя не спорю – все очень драматично. На самом деле заносчивого засранца чем-то стукнули, и он потерял сознание. Что в этом такого трагичного? Послушать ее – так он уже умер три раза.

— В данный момент на месте преступления работает наша доблестная полиция, – продолжала вещать Фелиция. – Ваша покорная слуга успела побывать у дома Гленна Рафферти, и мы можем представить вашему вниманию запись интервью с Мэттью Эбботом, нашим глубокоуважаемым констеблем.

— Больше слащавых прилагательных, Фелиция, – буркнула Бет, – не у всех слушателей еще кровь свернулась.

Констебль Эббот был молод и очень озабочен тем, что его карьера в Уиллоу-Брук никуда не двигалась. Он спал и видел, чтобы его перевели в какой-нибудь менее благополучный городок, где можно будет в свое удовольствие вязать преступников пачками. Нападение на знаменитого критика привело Эббота в состояние невероятного возбуждения. Он уже предвкушал, как раскроет громкое покушение, будет замечен высоким начальством, а дальше его, как самого перспективного констебля во всей Англии, отправят следить за порядком в городок покрупнее. Все эти рассуждения не могли не сказаться на голосе констебля – он срывался и предательски дрожал, хотя Эббот старался изо всех сил держать себя в руках и казаться равнодушным.

— Констебль, – прошелестела Фелиция, и было слышно, как мимо нее проехала машина, за которой с оглушительным лаем помчался чей-то пес. «Гаррисон, ко мне!» – послышался на фоне взволнованный старушечий голос.

— Констебль, – повторила Фелиция, стараясь перекричать собаку, – что вы думаете об этом зверском преступлении?

— Я думаю… – откашлявшись, произнес Эббот.

— Гав-гав-гав…р-р-ряв!

— …думаю, что оно обязательно будет…

— Гаррисон, ко мне! Ко мне!

— …обязательно будет раскрыто. В данный момент мы опрашиваем свидетелей.

— А есть свидетели? – возбудилась Фелиция.

— Р-р-ряв!

— Нет, свидетелей нет, – смутился Эббот, – но мы стараемся их найти. Наши сотрудники обходят близлежащие дома…

— Гаррисон! Угомонись!

— …в поисках того, кто что-нибудь видел.

— Скажите, констебль…

— Гав-гав-гав!

— …есть ли уже подозреваемые? Кто мог, по-вашему, совершить это злодеяние?

— Гаррисон, оставь в покое этого джентльмена!

— Мэм, уберите собаку, она порвет мне брюки!

— Подозреваемых я пока вам назвать не могу, но, возможно, нападение связано с профессиональной деятельностью мистера Рафферти.

— Вы считаете, это преступление…

– Гаррисон! Фу! Отпусти сей же час этого несчастного…

— Мэм, я прошу вас взять свою несносную собаку на руки!

— …это преступление может быть связано с предстоящим конкурсом?

— Это возможно.

— Р-р-ряв! Р-р-ряв!

— Мэм!

— Как же я его уберу, когда он так зол? Я боюсь брать его на руки!

— По-вашему, злоумышленник пытался помешать Гленну Рафферти принимать участие в судействе? – не сдавалась Фелиция, хотя ее уже почти не было слышно из-за разыгравшегося на заднем фоне собачьего концерта.

— Или злоумышленница. Пола нападавшего человека мы пока не знаем.

— Мэм, я вынужден ударить вашу собаку своей тростью!

— Ах вы негодяй! Такая жестокость по отношению к маленькой собачке! Будьте вы прокляты до семнадцатого колена!