Крест княгини Тенишевой - Людмила Горелик Страница 61

— Что мужики… Порядка нет даже в военизированных частях. — Поддержала Оболенского Тенишева. — У нас во Фленове персонал конных частей Красного Креста живет припеваючи. Я сама отдала, мне не жалко — ведь казалось, что дело хорошее, нужное сейчас. Но они все вытоптали, разворовали, привезли семьи, веселятся до полночи. Овес, предназначенный для лошадей, продают на сторону. Среди лошадей у них сап… И я едва добилась, чтобы застреленных больных лошадей как следует закопали. На здоровых лошадях устраивают веселые пьяные поездки, двух уже загнали…

— Мне эта борьба делается не под силу, все из рук валится, — печально кивнула Четвертинская.

Княгинь было очень жаль. Базанкур не знала, как их утешить. Но заговорил Лидин.

— Пора уже собираться в Париж, — осторожно сказал он. — Зима скоро, а мы на зиму часто уезжаем.

Мария Клавдиевна подняла голову, посмотрела задумчиво.

— Нет-нет, Василий Александрович. Не хотелось бы все бросать в таких обстоятельствах. Без нас Талашкино совсем прахом пойдет. Но и жить там опасно. Я думаю, поживем в Смоленске, пока в Талашкине все наладим, сейчас там слишком тяжело.

— Да. — подтвердила ее подруга. — Надо стараться здесь наладить жизнь, а не уезжать. Поживем пока в Смоленске, в Талашкино будем ездить, устраивать там дела. Я готова на это.

— А не тесно вам здесь вчетвером? — спросила Оболенская. — Ведь в Талашкине какие просторы… Мы с супругом не хотим пока покидать наше Кощино, несмотря на возникшие проблемы.

— Вы правы. — кивнула Четвертинская. — Здесь тесновато, ведь у нас много картин и художественных поделок именно в этой квартире хранится, этнографические экспонаты есть… Дом близок к музею и почти музей! Может быть, стоит купить другой дом, с садом, в Смоленске, здесь неподалеку… Я уже присматриваю.

После этого визита Базанкур заехала на почту. Получила пару нужных для работы над искусствоведческими статьями бандеролей и письмо из школы. Василий ожидал ее при входе. Письмо начала читать, едва сев в бричку. Письмо было важное, с сообщением о нагрузке на предстоящий год и с расписанием занятий. Часов добавили, нагрузка предстояла большая. Талашкинские неприятности сразу ушли на второй план, Ольга задумалась о своем будущем. «Питаться при такой нагрузке следует хорошо, а стоять по очередям будет некогда. Как я правильно сделала, приехав на лето сюда! Не менее, чем отдых, важно, что удалось приобрести некоторые продукты на зиму — размышляла она под стук колес (бричку встряхивало на ухабах, Василий покрикивал на лошадь) — Теперь надо подготовить их отправку в Петербург, чтобы ничего не потерялось и не испортилось». Всю дорогу до Талашкина Базанкур даже не смотрела, как обычно, по сторонам, не любовалась природой. Она была погружена в свои думы — радовалась, что хорошо отдохнула летом и обеспечила себе еду на зиму. Она была очень, очень благодарна княгиням.

В остававшуюся до отъезда неделю Ольга Георгиевна старательно продолжала заниматься заготовками. Чтобы ничего не упустить и собраться как надо, педантичная женщина записывала в дневник последовательность своих действий, вычеркивая выполненное и отмечая требующее выполнения. Подсчитывала также летние расходы:

5 фунтов патоки по 80 к. — 4 р.

2 банки стеклянные — 2 р.

Тесьма чёрная для обшивки