Белая стрекоза и три папы - Янина Корбут Страница 62

— Может, для отвода глаз. Это ли не странно? Обычно такие случаи всегда заканчиваются летальным исходом. А тут его даже не прижало как следует. Сымитировал нападение, чтобы отвести от себя подозрение. Вот это мы и пытаемся выяснить, так что не путайтесь под ногами, молодые люди. Знаете, это даже подозрительно — такой вот нездоровый интерес. Может, вы пытаетесь замести следы? Ладно, мы с вами заболтались.

Когда Тукач и Чередничко скрылись за поворотом, я посмотрела на Славика, как бы спрашивая: «Что ты об этом думаешь?». Он пожал плечами, и нам ничего не оставалось, как пойти проведать моих.

Надо идти в народ

У опрятного коттеджика, окнами выходящего на реку, стоял один из постоянных деревенских рыбаков, уже знакомый нам Валенок. Он заметил движение у обычно закрытого дома внука фельдшера и проявил бдительность. Сейчас он общался с папой № 3, выспрашивая, чем прибывшие зарабатывают себе на жизнь, и чего их занесло в такую глушь. Папа № 2 тоже участвовал в беседе, сидя у открытого окна с дымящейся чашкой.

— Конкретно сейчас я пишу антрополого-экономический трактат о вреде публичности в эпоху слома социальной парадигмы, — охотно делился новостями папа № 3.

— Понятно. Писатель, значит… С работой в городе совсем плохо? — сочувственно причмокивал Валенок.

— А я тоже пописываю, сейчас как раз прохожу мини-курс «Разбуди в себе писателя», — похвастался Славик, на что Валенок заметил:

— Не буди лихо, пока оно тихо…

— Это мне говорит человек, который даже не знает, что такое арка персонажа, — скривился приятель.

— Арка — это лучшее место для того, чтобы прессануть должника, — мечтательно заявил папа № 2. — Помню, пошли мы с дружком моим, Метелицей, в казино, а потом подъехал его брат Дюшес…

— Папа, не увлекайся.

— Ладно, ладно… Славка, жопу в горсть и дуй помогать, — рявкнул второй отец. — Надо кровати передвинуть. У третьего спина, у первого — расследование. А мне корячься.

— Служить бы рад, прислуживаться тошно, — скривился Славик, но послушно поспешил в дом, зная, что с папой № 2 шутки плохи.

— Это чьи же слова? — уточнил второй, зная пристрастие Славика к цитатам.

— Грибоедов, — машинально ответила я, продолжая разглядывать дом уже изнутри.

— Ох, Славка. Эти пожиратели грибов завсегда со странностями были. Нашел, кого слушать. Ты бы и сам с этими грибами завязывал. У тебя и так постоянно мутно в голове.

Мамуля сидела за дубовым столом с чашкой коньяка в руке и с печалью на лице. Она, видимо, рассчитывала, что в деревнях за заборами неказистого вида прячутся кедры, сады камней, фонтаны, клумбы и статуи. И особняки в позднем якобинском стиле со стенами, выложенными кирпичом и камнем. Я напомнила родительнице, что ей еще повезло жить в коттедже. И вообще, никогда не поздно уехать. Конечно, добавила, что они совсем не обязаны торчать тут вместе с нами. Хотя понимала, что отцы ни за что не оставят меня здесь одну. Тем более сейчас.

Сначала мамуля минут десять утверждала, что умрет в таких условиях и даже сделала попытку по телефону склонить бабулю к отъезду в мою квартиру.

— Пока змей не переловят, мы можем с Мэмэ пожить у тебя. А отцы тут останутся, приглядят за вашим расследованием, — прикрыв трубку рукой, заявила она мне.

Но когда бабуля на том конце связи категорически отказалась покидать деревню, родительница сдалась: