Разящие огни грехов - Гера Фотич Страница 62

— Что ты, миленький, – засуетилась Ольга, – Павел Иванович позавтракать пришёл с нами, только спросил, как ты себя чувствуешь? Мы все о тебе волнуемся…

На веранду вышел Косых и сел на своё место, продолжил есть.

— Я пошёл к Гордею, мы на рыбалку пойдем, – сообщил Фома и, упруго подпрыгивая на ступенях, стал спускаться вниз.

— Фомушка, если тебе не срочно, не мог бы ты погулять с собакой? – жалобно спросила Ольга. – Дедушки нет, а Палтус совсем извёлся на цепи!

Но внук даже не обернулся. Выскочив за ворота, хлопнул калиткой.

Женщины проводили его печальными взглядами.

Косых прожевал очередной сырник и вытер руки о бумажную салфетку.

— Оленька, а давайте я погуляю! У меня как раз и наряд подходящий. Пёс меня знает, мы вместе с Семёном его выгуливали.

— Вы меня сильно обяжете, – улыбнулась Ольга, – а потом приходите к обеду, посидим, поболтаем!

— Хорошая мысль. – Косых поднялся со стула и посмотрел на пса, крикнул: – Палтус, гулять идём?

Овчарка вскочила и коротко тявкнула, радостно замотала пушистым хвостом.

Павел Иванович быстро спустился к вольеру, отстегнул цепь, заменив её поводком, и вместе с собакой вышел за ворота, направился к озеру. По дороге присмотрел небольшую палку, чтобы можно было кидать её в озеро.

Глава 19

Рыбалка

На участке Гордея активно кипела работа. Два крепких соседских мужика рубили дрова. Один подносил чурку и ставил на колоду. Второй с размаху крушил её колуном. Разлетающиеся поленья собирали, относили в дровяник, Гордей с энтузиазмом помогал складывать поленницу.

Анатолий в тельняшке и тренировочных штанах сидел с бутылкой пива на крыльце дома, давал указание:

— Руби тоньше, гореть лучше будут! Складывай аккуратней, а то всё развалится! Не промахнись, я больничный оплачивать не буду! – при этом махал рукой с бутылкой, из которой периодически появлялась пена, выплёскивалось пиво.

— Хватит горланить! – огрызался рабочий, раскалывая очередную чурку. – Всё будет, как заказывал, только денежки готовь!

Толик стучал по карману донышком бутылки, по-хозяйски усмехался:

— У меня всё при себе! – Неожиданно заметил подошедшего Фому: – О ещё один сынок мой пришёл батяне помогать! Проходи, присоединяйся к Гордею, тоже рублишко заработаешь на мороженое!

Фома не обратил на него внимания, не желая здороваться, остановился, наблюдая за работой.

Гордей, разложив очередную охапку поленьев, выбежал из дровяника, увидел приятеля. Отвел его в сторону, тихо спросил:

— Ты чего?

— Достали меня, – хмуро сообщил Фома, – родственники просят деда пожалеть, чтобы я признался, что пошутил, а полиция требует снова отправить меня в больницу на освидетельствование. Адвокат говорит, что, если не пойду, могут дело прекратить и деда выпустить!

— Да, полиция так всегда делает после возбуждения уголовного дела, – сообщил Гордей, – значит, там всё идёт по маслу! Надо тебе сходить. Я думаю – ничего страшного. Зато дед посидит подольше, подумает! Меня тоже где-то через месяц к врачу водили. Ну, ты как насчёт рыбалки? Готов? Погода сегодня хорошая. Не забыл?

— Я согласен, давай! – Фома протянул приятелю маленький полиэтиленовый мешочек с замком.

— Это что?

— Пакет для телефона.

— Зачем?

— Ну, мало ли в дождь попадём, намокнем? – улыбнулся Фома.

— Нее, – Гордей покрутил головой, – я свой дома оставляю, когда с лодки рыбалю. Она старая, ещё от деда осталась, замучался протечки смолой заливать. Ты посиди пока, а я к навозной куче за червями! Там такие жирняки! – Он обернулся к отчиму, крикнул: – Ну, ты как, готов на рыбалку с нами?