Доктор Фальк и убийства под парусом - Игорь Евдокимов Страница 64

— Что же вас сподвигло, если позволите спросить?

— Позволю. Это было одно из условий моего мужа. Да и я, откровенно говоря, наигралась.

Фальку показалось, что последнее предложение прозвучало немного фальшиво, но продолжать расспросы он не стал, вместо этого вновь перейдя к интересующей его теме:

— Возможно, кто-то из ваших бывших коллег смог бы мне помочь. Я пытаюсь разобраться в прошлом режиссера и некоторых членов его труппы.

— Звучит так, словно вы вновь подрядились в добровольные помощники следствия? – вскинула бровь Красильникова. – Или вы будете утверждать, что это исключительно праздный интерес?

— А вы мне поверите? – с непроницаемым лицом уточнил Фальк.

— Вот! – расхохоталась Екатерина Юрьевна. – В таком виде вы мне нравитесь гораздо больше! Что же вас интересует?

— Его прошлое. Откуда он? Каков его круг общения? Связывает ли его что-то с господином фон Беком?

— Фон Беком? – переспросила Красильникова. – Старшим или младшим?

— А вы их знаете?

— В некотором роде, – уклончиво ответила Екатерина Юрьевна. – Так с которым?

— Иваном Сергеевичем. Предполагаю, что младшим.

— Правильно предполагаете. С Ваней я была знакома. Небесталанный молодой человек.

— Да, я уже слышал такое мнение о нем, – кивнул Фальк. – Вы играли вместе с ним?

— Нет, скорее мы вращались в одних кругах. Он полагал себя эдаким патроном искусств, к тому же пробовал актерствовать и писать пьесы. Жаль, не получилось.

— Отчего же?

— А вы разве не знаете? – удивилась Красильникова. – Его отец, Сергей Павлович, растранжирил фамильные средства и объявил себя банкротом.

— Неужели? У них же репутация баснословно богатого семейства?

— И они до последнего стараются поддерживать эту репутацию, – подтвердила Красильникова. – Но слухи не остановить. Поэтому Ивану пришлось оставить мечты о театре и пытаться приложить свои таланты к более прибыльным проектам.

— Например?

— Не могу быть в этом уверена, но, скажем так, я бы не удивилась, если бы у него было порядочно недоброжелателей, которые мечтали привлечь его к суду за различные сомнительные махинации, – улыбнулась Екатерина Юрьевна.

— Вы будто бы хорошо осведомлены?

— Театральный мир тесен. А сплетни все любят. Особенно касающиеся столь ярких личностей.

— Что же вы, в таком случае, знаете о Богомольцеве-Донском? – спросил Фальк.

— Меньше, чем вам бы хотелось. Это довольно таинственная личность.

— Но ваши знакомцы смогут пролить свет на его тайны? – льстиво предположил доктор.

— Возможно. Только вам следует уяснить одну вещь, Василий Оттович. Если к моим знакомцам заявится незнакомый врач и начнет выпытывать у них сведения о режиссерах и актерах, то они ничего не скажут. Вопросы придется задавать мне.

— Справедливо. Вы сможете мне помочь?

— Возможно, – прикрыла глаза Красильникова. – Вы заняты в субботу?

— В субботу? – переспросил Фальк. – Пока планов не было…

— В таком случае вы сможете сопроводить меня в Петербург, – объявила Екатерина Юрьевна. – Мне потребуется компаньон. Ехать в столицу и наносить визиты в одиночку невероятно скучно. Вам придется меня развлечь. Согласны?

«Нет! Нет, нет, нет и еще раз – нет! – подумал Фальк про себя. – Ехать в Петербург с замужней женщиной, да еще и обладательницей подобной репутации, – форменное самоубийство!»