Место каждого. Лето комиссара Ричарди - Маурицио де Джованни Страница 65

Но сегодня он должен был признать, что счастлив снова увидеть Ливию, улыбающуюся и такую прекрасную. Однако его немного тревожило ощущение неустойчивости мира и опасности, которое всегда возникало у него при встрече с этой женщиной.

— Как же ты здесь оказалась?

Ливия не переставала улыбаться и пристально смотрела в его чудесные зеленые глаза, которые так взволновали ее несколько месяцев назад. Она искала в них искру удовольствия или сердечную теплоту, но не находила. По крайней мере, не нашла пока. Однако она не собиралась легко признать поражение.

— Я могла бы сказать тебе, что приехала сюда на отдых: ваш город ведь знаменит на весь мир, разве не так? Или могла бы сказать тебе, что приехала примириться с местом, которое напоминает мне о печальных и горестных минутах. Но я предпочитаю сказать правду: я приехала, чтобы снова увидеть тебя.

Пианино в большом зале играло песню о неблагодарном сердце, а мертвец в противоположном углу спрашивал себя, когда придет его любовница. Официант узнал Ричарди и принес на столик слойку и чашку кофе: комиссару даже не понадобилось делать заказ. Ричарди умел вести допросы и арестовывать преступников, умел толковать последние слова растерзанных трупов, но совершенно не представлял, что ответить Ливии. Внезапно комиссар заметил, что сидит с полуоткрытым ртом, и с легким щелчком закрыл его. Потом он сказал гораздо резче, чем хотел бы:

— Ты могла бы сначала спросить меня, хотя бы письмом, надо ли приезжать. Почему ты решила, что я тоже хочу видеть тебя?

Ливия рассмеялась, словно Ричарди пошутил.

— Положим, я не задавала себе этот вопрос. Предпочла верить, что, может быть, у тебя возникнет такое желание. Или что ты хотя бы будешь так любезен, что встретишь меня улыбкой.

Комиссару показалось, что Ливия дала ему пощечину, хотя ее ласковый голос и улыбка ясно показывали, что никакой неприязни к нему у нее нет.

— Извини меня. Разумеется, я рад тебя видеть. Я только спрашивал себя, почему ты сделала такой… необычный выбор, когда решила отдохнуть. Вот и все. Будешь что-нибудь есть или пить?

— Наконец-то нормальный разговор! Пожалуйста, закажи мне чашку вашего чудесного кофе.

Ричарди повернулся и окинул взглядом зал, отыскивая официанта, чтобы передать заказ. Он увидел ненависть в глазах как минимум четырех мужчин, среди которых был и тот, в белом. Увидел любопытство на лицах трех женщин, пытавшихся понять, к какой категории отнести незнакомую им пару. Увидел призрака адвоката, который смотрел на вход единственным глазом и непрерывно спрашивал себя, когда какой-то рогоносец освободит от своего присутствия его женщину.

И увидел Себастьяно. Глупый щеголь шептал что-то на ухо сидевшей рядом Энрике, но девушка не смотрела на него. Она глядела на Ричарди, и ее глаза были полны слез.

Энрика предпочла бы выпить кофе у стойки, чтобы сократить свои мучения, — находиться в обществе глупого Себастьяно было для нее пыткой. Она решила, что пойдет отсюда домой, а объяснение с отцом отложит на вечер: сейчас у нее не было сил для такого разговора. Однако Себастьяно настоял на том, чтобы они несколько минут посидели внутри, и даже попросил пианиста сыграть его любимую мелодию. Энрика послушно пошла за ним, стараясь придумать способ, чтобы уйти как можно раньше. И в зале оказалась лицом к лицу с Ричарди.