Свадьба на крови - Марина Серова Страница 66

Между тем Владимир положил на стол перед собой бланк протокола допроса и сказал:

— Сейчас я все объясню, гражданин Решетников.

При слове «гражданин» Решетников испугался еще больше. Казалось, что мужчина вот-вот впадет в истерику. Однако – надо отдать ему должное – Решетников быстро овладел собой:

— Почему вы так обращаетесь ко мне? Я, что, уголовник? Обычно ведь так обращаются к заключенным!

Мужчина явно нервничал, хотя и пытался это скрыть.

— Вы вызваны на допрос в связи с тем, что вы, возможно, причастны к убийству Владислава Николаевича Персильванцева, – не обращая внимания на выпад семейного врача, сказал Владимир.

— Что?! – воскликнул Решетников. – Вы меня уже записали в убийцы? Хотя… ничуть не удивляюсь. Наша доблестная полиция способна обвинить первого встречного, поскольку не способна поймать настоящего преступника!

— Я ведь ясно сказал, что вы являетесь подозреваемым в убийстве гражданина Персильванцева, – спокойным тоном произнес Кирьянов и добавил: – Видите, я и убитого Персильванцева тоже назвал гражданином. Поэтому оставьте свои претензии к принятым формам обращения и отвечайте на поставленные вопросы по существу.

Однако домашний доктор Краснопольских, по-видимому, вспомнил из фильмов, как ведут себя подследственные и задержанные на допросах, поэтому вдруг резким голосом, почти на грани крика, заявил:

— Ничего я не буду отвечать! Я знаю свои права! Я буду говорить только в присутствии адвоката! И только попробуйте чинить мне препятствия!

— Никто не собирается чинить вам никаких препятствий, – спокойно ответил Владимир. – Хотите отвечать на вопросы в присутствии адвоката? Пожалуйста! Вам предоставят защитника.

— Нет уж! Знаю я этих ваших защитников! Все государственные адвокаты заодно с вами! Они палец о палец не пошевелят, чтобы защитить от произвола полицейских незаконно задержанного человека. Причем совершенно невиновного! У меня есть свой адвокат, которому я доверяю. Вот он и будет представлять мои интересы!

Кирьянов кивнул:

— Вы можете вызвать своего адвоката.

Решетников вынул из кармана пиджака сотовый. Набрав номер, мужчина заговорил почти шепотом, что было по меньшей мере нелепо и бессмысленно. Ведь в одном помещении, даже при желании нельзя было не услышать то, что говорил рядом сидящий человек.

— Александр, это я, Василий. Я сейчас нахожусь на допросе в Управлении полиции… да, представь себе. Зачем вызвали? Хотят повесить на меня убийство некоего Персильванцева… да, совершенно надуманное обвинение, как всегда у них, у полицейских. Работать не умеют и не хотят, вот и гребут всех подряд. Короче, Саша, приезжай быстрее!

Интересно, как долго будет добираться до управления этот Александр, адвокат Решетникова? Наверняка постарается подольше потянуть время, может быть, даже до конца рабочего дня. А потом объявит, что не может присутствовать на допросе по причине занятости в судебном заседании. Такие случаи в судебной практике имеют место быть.

Однако мое предположение не оправдалось. Вскоре дверь кабинета открылась, и внутрь вошел средних лет мужчина, невысокого роста и с небольшим пивным животиком.

— Это мой адвокат, Александр Евгеньевич Таратутин, – представил Решетников своего защитника.

Таратутин сел рядом с Решетниковым, и Владимир продолжил допрос, точнее сказать, начал его снова, ведь без адвоката доктор отказался отвечать на вопросы.