Чужая тайна - Елена Фили Страница 67

Еда заканчивалась. На грубо сколоченном столе остались жалкие крошки выложенного позавчера пайка: подсохший хлеб и несколько ложек заветренной гречневой каши в эмалированной кастрюльке. На дне пластиковой бутылки бултыхались остатки воды. Вчера Настя позволила себе лишь несколько глотков, сегодня — один, лишь бы смочить пересохшие, потрескавшиеся губы. Нужно экономить. Мысли путались, голова кружилась от слабости и голода.

Что произошло? Ее решили уморить? Или тюремщик куда-то уехал, не зря же он оставил ей позавчера еды и воды больше обычной нормы? «Его нет», — вдруг дошло до Насти. Мысль ударила с такой ясностью, что у нее перехватило дыхание. Сердце заколотилось, выбивая набат надежды, смешанной с диким страхом. Если его нет, то это шанс выбраться отсюда. Единственный и, возможно, последний.

Нужно обследовать подвал и попытаться выбраться. Ведь та пленница, что была до нее, освободилась от цепи и, наверное, смогла сбежать.

Настя встала с кровати, почувствовала легкое движение плода и слабо улыбнулась. Ребенок словно подбадривал ее: давай, шевелись, пытайся. «Ты прав, малыш, — прошептала Настя. — Сидеть и ждать смерти мы не будем. Нас двое. Тебе еще нужно увидеть солнце. А мне — вытащить нас обоих из этого подвала».

Внезапно послышался слабый шум, будто кто-то зовет ее по имени. Показалось? Настя замерла, затаив дыхание, вслушиваясь в то, что происходило наверху. Сердце остановилось в груди. Несколько секунд ничего не происходило. Настя ждала, чувствовала только, как громко пульсирует в висках кровь. Неужели у нее начались галлюцинации?

— Настя! Настя! Отзовись! — глухо, словно из-под земли, донесся голос.

К нему присоединились другие.

— Настя! Крикни, если ты здесь!

Ее нашли! Но как они поймут, что она в подвале?

Настя кинулась к двери, забыв про цепь. От короткого яростного рывка она рухнула на колени, тело пронзила боль. Но она вскочила, цепляясь руками за спинку кровати, впиваясь ногтями в дерево, и закричала что есть мочи, срывая голос в хрип в истерике, в надежде:

— Я в подвале! Сюда! Помогите! Я здесь!

* * *

Когда Никита подъехал к воротам завода, там уже стоял уазик. Микроавтобус «УАЗ 22069» — так определил Никита. У дверцы водителя он увидел Алексея, курящего сигарету, и подошел поздороваться. Они познакомились еще в тот день, когда Алексей встречал начальника после опознания, а Никита ждал результатов, а потом проводил Звездина из морга к машине.

— Привет, старший лейтенант. Тоже охотник?

— В первый раз еду.

— Боишься, что подследственный сбежит? Зачем тогда разрешил уехать?

— А почему мы отправляемся на такой развалине нашего прославленного автопрома? Вроде люди все солидные собираются, — уклонился от разговора о Звездине Никита. Зная о привычке водителей относиться к машинам как к людям, давать имена (свою «Ниву» сам Никита называл ласково «Моя вездеходица»), он переключил внимание Алексея и не удивился, когда в ответ полился возмущенный монолог.

— Да что б ты понимал?! — завелся с пол-оборота Алексей. — Да кто там проедет, кроме нашего «УАЗа»? Ты дороги в этих угодьях видел?

Никита помотал головой и украдкой посмотрел на часы. А где все? Или они, узнав, что следователь тоже едет, испугались и решили пропустить ежегодный поход на кабана?