Академия идеального преступления - Марина Серова Страница 68

Какое-то время мы молчали, а потом Илларион Васильевич сообщил, что мою машину уже подогнали.

— Забирайте Ростислава – и с богом, Татьяна Александровна!

Я кивнула и направилась к входной двери.

Как только я подошла к двери почти вплотную, она тут же открылась, как будто бы кто-то находился по ту сторону и ждал. В дверном проеме действительно стоял крепкий мужчина средних лет в камуфляжной форме.

Мужчина посторонился для того, чтобы я могла выйти в коридор, а затем последовал за мной. Так мы дошли до конца территории, на которой находилась резиденция Иллариона Проскурникова. У самых ворот я увидела свою машину, а рядом с ней – Ростислава Пантелеймонова. Вид у него был очень непрезентабельный: поникший и какой-то жалкий. Ну, это было вполне естественно: ведь, надо полагать, продолжительное время он находился между жизнью и смертью.

Немного поодаль от моей машины я увидела еще один автомобиль. Около самих ворот стояли два охранника. Мужчина, который сопровождал меня, сказал:

— Сейчас мы проводим вас до безопасного места. Естественно, сначала закроем вам глаза.

Да, понятно, что меня, как и по дороге сюда, собираются лишить возможности проследить маршрут следования.

Мужчина тут же завязал мне глаза и предупредил:

— Ведите себя спокойно, и тогда вам не причинят вреда.

«Ну вот, опять он про спокойствие и отсутствие вреда, – подумала я, – ведь эту песню я слышала, когда мы ехали к Иллариону Проскурникову».

— А теперь садитесь в машину, – послышался мужской голос.

— К вам это тоже относится, – теперь мужчина говорил более резко.

Я поняла, что последняя реплика относилась к Ростиславу Пантелеймонову. Действительно, я почувствовала, как рядом со мной сел еще один человек.

— Ростислав Александрович, вы здесь? – спросила я шепотом.

— Да, – так же еле слышно ответил он.

— Не разговаривайте, – послышалось впереди, с водительского места, и машина тронулась.

По времени мы ехали около часа, а потом остановились. Нам с Пантелеймоновым наконец-то развязали глаза, и мы вышли из авто. Тогда я вновь увидела свою машину, за рулем сидел один из охранников. Стало быть, мою машину вел кто-то из людей Проскурникова. Сейчас он вышел наружу, а другой вернул мне мой кастет и сказал:

— Можете ехать.

Сам он пересел в ту машину, в которой везли нас Ростиславом. Водитель нажал на газ, и машина помчалась по дороге.

Я села в свою машину и позвала Пантелеймонова, который, словно в прострации, стоял невдалеке:

— Ростислав Александрович, вы кого-то ожидаете?

— Н-нет, – с запинкой произнес он.

— Ну тогда что же вы стоите как бедный родственник? – спросила я. – Садитесь.

— А… куда? – растерянно спросил Ростислав.

— Сюда! Или вы видите здесь еще одну машину? – раздраженно откликнулась я.

Пантелеймонов сел рядом со мной, я завела мотор, и мы поехали. Куда нас завезли подручные Иллариона Проскурникова, я понятия не имела. Думаю, что Пантелеймонов тоже. Ростислав сидел с таким видом, что вряд ли сейчас мог вспомнить свое имя.

Но на всякий случай я решила его спросить:

— Ростислав Александрович, вам знакома эта местность, по которой мы едем?

— Нет, – односложно ответил мужчина.

Ну, как я и предполагала. Ладно, все равно нужно выбираться отсюда.

Я проехала еще немного вперед. Наконец я увидела указатель, сколько километров осталось до Тарасова. Значит, мы добрались до трассы.