Негодяй - Бернард Корнуэлл Страница 69

— Ван Страйкер в эти дни будет занят наверху. Но вы с ним увидитесь. Он интересовался вами. – Джиллспай сделал паузу и затем, несколько смущаясь, сказал: – Мы попросили одного из психиатров Управления присутствовать на нашей следующей встрече. Это у нас обычная практика.

— Чтобы проверить, не спятил ли я? – поинтересовался я шутливо.

— Что-то вроде этого, – так же шутливо ответил он.

На самом деле психиатр должен будет определить, где я лгу, подумал я.

— Согласен, – сказал я.

— Ну и прекрасно, – улыбнулся Джиллспай.

Я улыбнулся ему в ответ. И в самом деле, все прекрасно.

Внешность психиатра меня удивила. Это была чернокожая женщина средних лет, и, глядя на нее, я скорее предположил бы, что это почтенная мать семейства и ей привычнее вязать детские носки для внуков, чем участвовать в опросах по поводу терроризма. Но дама была явно умнее, чем могло показаться с первого взгляда. Она приятно улыбнулась мне, затем смела снег со своих сапожек и устроилась возле окна за дальним концом длинного стола.

— Ужасная погода, – произнесла она уютным голосом, – ну просто ужасная. Вы не будете против, если я стану называть вас Пол? Меня зовут Кэрол, Кэрол Эдамсон.

— Прекрасно, зовите меня Пол.

— Не обращайте на меня внимания, Пол. Я буду только слушать. – На ней была длинная вязаная кофта, на шее деревянные бусы, и она улыбалась спокойной, умиротворяющей улыбкой. Однако она напугала меня, я готов верить, что психиатры владеют какой-то особой таинственной силой и что любая моя маленькая ложь или недоговоренность будет немедленно зарегистрирована умными и проницательными глазами Кэрол Эдамсон. Я не видел ее – для этого мне нужно было повернуться в кресле, – но все время ощущал ее пристальное внимание.

Джиллспай начал наше вечернее заседание с сообщения о том, что агенты ФБР занялись поисками ракет «Стингер» и кубинцев, которые их продавали. Тем временем, сказал он, ему хотелось бы еще раз обсудить мою версию о связях с террористическими группами.

— Я хочу вернуться назад, к самому началу, – сказал он. – Кто ввел вас в организацию ИРА?

— Один парень по имени Джо Грогэн.

— Это было в Америке или в Ирландии?

— В Бостоне, – ответил я и почувствовал, что это начинает меня раздражать. Я пришел сюда, чтобы рассказать про иль-Хайауина и «Стингеры» и про палестинские учебные лагеря, а вместо этого Джиллспай снова возвращался к уже пройденному раньше. – Почему бы вам просто не перелистать мое досье? – спросил я.

— Потому что в «безниточном проекте» нет никаких досье, – ответил Джиллспай, показывая своим тоном, что я и сам должен это понимать. – Мы знаем о вас только то, что прочли в полицейских делах, что же касается ЦРУ, мистер Шэннен, то вы, можно сказать, вообще никогда не существовали. Итак, мы должны начать с самого начала. Где проживает мистер Грогэн?

— Он умер.

Бедняга Джо умер от эмфиземы в 1986 году, и его вдова Пегги немедленно скрылась на территории трейлерного парка во Флориде с шестнадцатью тысячами долларов, собранными Друзьями свободной Ирландии среди бостонских ирландцев. Друзья Ирландии упорно собирали деньги в поддержку вдов и сирот бойцов ИРА, что вряд ли было необходимо, учитывая щедрость британской правительственной системы социального обеспечения, но считалось, что в действительности эти собранные деньги идут на покупку оружия. Практически же большая их часть не шла дальше ирландских кварталов Бостона, а то немногое, что доходило до Ирландии, скорее оседало в кассах пивных, чем попадало в руки вдов погибших террористов.