Лондонский матч - Лен Дейтон Страница 69

Я кивнул и подумал, откуда у Поша Хэрри появилась догадка, что Брета подозревают в утечке информации к американцам. Или просто никто не мог себе представить его в качестве человека, совершающего что-то бесчестное? Например, шпионство в пользу русских? Но даже если это так, был ли я не прав? А если он виновен в таких неджентльменских поступках, кто в это поверит?

— Что в конце концов вы имеете против Брета? – спросил Хэрри.

— Лучше поговорим об этом официально, в нашем офисе, я не хочу впутывать в эти дела моих близких.

— Конечно, я очень сожалею, – просто сказал Хэрри, не рисуясь ни капельки, будто действительно сожалеет. – Но лучше держаться подальше от людей, которые сидят там, за рекой. – Он сделал неопределенный кивок в сторону Вестминстера и Уайтхолла.

— Почему же?

— Я хочу кое-что преподнести вам на тарелочке, Бернард. Это принесет вам и вашим людям большую пользу.

— Прекрасно, – ответил я, не выказывая особой заинтересованности. Я уже страдал в прошлом от некоторых услуг Хэрри.

— Так вот где правда, – сказал Хэрри. – Взгляните-ка на это.

Он передал мне фотокопию машинописного документа. Там было восемь страниц.

— Я должен прочитать все это? Или вы расскажете мне сами, о чем здесь говорится?

— Это меморандум, который обсуждался в кабинете министров три или четыре месяца назад о мерах по обеспечению британских учреждений в Западной Германии.

— Британский кабинет министров? Это меморандум британского кабинета министров?

— Да, сэр.

— И есть что-нибудь особенное вокруг этого документа?

— Особенное состоит в том, что, по крайней мере, один экземпляр этого документа оказался в делах КГБ в Москве.

— И оттуда пришла эта фотокопия?

— КГБ, Москва. Это абсолютно точно, – улыбнулся он.

Это была улыбка продавца, широкая, но холодная.

— А какое это имеет отношение ко мне, Хэрри?

— Это поможет вам добиться того, чтобы к вам изменилось отношение, а это для вас сейчас очень важно.

— А почему именно сейчас для меня это важно?

— Ладно, ладно, Бернард! Вы думаете, никто не знает, что ваше начальство колеблется, оставлять вас на работе или нет?

— Я не понимаю, о чем вы говорите, Хэрри.

— О’кей. Когда ваша жена перешла к русским, они попытались скрыть это. Но не воображайте, что они не поговорили неофициально с ребятами в Вашингтоне и Брюсселе. И что же должны были скорее всего спросить эти люди? А как теперь насчет ее мужа? Я не собираюсь дурачить вас. Только немногие люди знают – я имею в виду людей, занятых в деле, – что произошло с вашей женой. И они знают, что вы сейчас под микроскопом. Вы что, будете отрицать это?

— Что вы предлагаете, Хэрри?

— Этот документ – лакомый кусочек, Берни. Какая сволочь его передала? Да еще так, что он без остановки дошел до Москвы?

— Агент внутри Даунинг-стрит, 10? Вы мне это хотите сказать?

— Даунинг-стрит – это теперь ваша забота, дружище. Возьмите эту фотокопию и начинайте работать. Это большое дело даст вам возможность восстановить свое положение.

— А что вы хотите взамен?

— Да ничего, Берни! Как вы неверно обо мне думаете! Это просто подарок от меня. Я ваш должник за парочку дел. Мы же оба об этом знаем.

Я как можно аккуратнее сложил листки и сунул их в карман.

— Я, разумеется, доложу об этом.

— Делайте то, что сочтете нужным. Но если вы им доложите, это попадет в ящик и вы никогда больше об этом не услышите. Расследование будет немедленно поручено секретной службе. И вы знаете это не хуже меня.