Сладкое вредно для здоровья - Марина Серова Страница 69

Мне кажется, строители тоже не дураки были – увидели, какое отношение у начальника к собственной работе, поэтому и решили сбежать.

— Если, коллеги, позволите, – вмешалась я, – я задам гражданину Трепещенко свой вопрос.

Кирьянов кивнул, позволяя мне и догадываясь, что я хочу спросить. У них свое дело в отношении Трепещенко, а я должна понять, имеет ли он отношение к отравлению торта.

— Позавчера что вы делали и где были в районе от двенадцати до тринадцати часов? – Я смотрела Трепещенко в глаза, чтобы понять, что он не обманывает меня.

Мужчина очень удивился, но глаза забегали.

— Ну?! – сердито спросил Андрей, когда пауза затянулась секунд на тридцать.

— С другом Юркой ездил в баню. С бабами гуляли. Меня персонал видел, и Юрка может подтвердить, – через силу признался Трепещенко.

«Строительством заниматься времени у него не было, зато с другом и бабами париться в бане в середине дня нашлось».

Но самое главное, он не врал. Торт, значит, он не травил. Червячок сомнения был прав, как ни странно. «Шокошедевр» выпал, Трепещенко тоже выпал. Остались молодые Зотовы. Даже немножко досадно.

— Ладно, – ответила я. – Здесь моя миссия, похоже, завершена. Я вас могу оставить, коллеги? – спросила я у Кирьянова.

— Да, Танюх, дальше мы сами, – кивнул мой друг, и я покинула старую грязную строительную компанию.

Я приехала к Зотовым-старшим: хотела понять, выписали ли Ярослава Дмитриевича и, может быть, молодые Зотовы у них в гостях.

Когда я дошла до знакомой двери и позвонила в нее, мне открыла Наталья Левоновна. Глаза у нее были красные и опухшие.

— А… это вы? – устало спросила она, разглядев меня.

— Да, я… – У меня на мгновение сердце екнуло от ее несчастного вида. Почему она плачет? Неужели Ярослав Дмитриевич умер?

— Что-то случилось? – аккуратно спросила я.

— Нет. Ничего такого. – Женщина покачала головой.

— А Ярослав Дмитриевич? – спросила я с беспокойством.

— Ярик еще в больнице… – ответила Наталья Левоновна сдавленным голосом. – Я ходила к нему… А он даже разговаривать со мной не стал.

Она всхлипнула и вытерла платком вновь выступившие слезы.

«О как неожиданно…»

— И почему, не сказал? – спросила я.

— Он просто меня игнорировал… Я принесла ему фруктов, он никак не отреагировал. Хотела поцеловать его, но он не дался. Пыталась разговор начать, он только смотрел на меня равнодушно. Я не вынесла его молчания и холодности и ушла… – Наталья Левоновна вытерла глаза платком, потом недовольно взглянула на меня: – Погодите, а вы с какой целью этим интересуетесь? Зачем вы пришли?

— Юрий и Диана у вас? – спросила я.

— Нет. Зачем им сюда приходить? Или вы уже забыли, какие у меня с ними отношения? – сухо спросила Наталья Левоновна.

«Грубовато, сударыня».

— Нет, не забыла. Я просто надеялась, что Ярослава Дмитриевича уже выписали… – сказала я.

— Нет, врачи сказали, еще несколько дней надо подождать. И вам не советую ехать к нему. Вряд ли он захочет с вами разговаривать. Он совершенно не в духе, – сказала Наталья Левоновна недовольно.

Похоже, что и она не в духе, если разговаривает со мной в таком тоне; в конце концов, она очень расстроена и всем видом показывала мне, что я должна уйти.

Я решила войти в положение Натальи Левоновны.

— Что ж. Не буду вас беспокоить. Всего доброго, – сказала я и, пока бежала вниз по лестнице, вспомнила еще одного человека, которого хотела опросить.