Королевы детектива - Мари Бенедикт Страница 7

— Итак, теперь у нас есть мотив – кража кулона, украшенного драгоценными камнями. Тем не менее нам еще необходимо распознать способ убийства, – заявляет Эмма, и я замечаю, как пальцы женщины пробегают по ее собственной нитке жемчуга с бриллиантовой застежкой, словно она опасается за сохранность драгоценности. Затем баронесса приглаживает свои и без того тщательно уложенные седые волосы и запахивает поплотнее меховую накидку на плечах. Быть может, это своего рода бессознательный жест в стремлении отвратить опасность? Жертва крестьянского восстания почти полувековой давности, она, как никто другой, должна знать, что деньги от беды не уберегут. – Не помешало бы определиться, какого рода орудие мы ищем. Но пока ничего очевидного.

— Поскольку жертва умерла, лежа лицом вверх, а не вниз, а крови из раны на затылке вытекло совсем немного, я бы поставила на небольшой предмет, тупой и твердый, – неуверенно произносит Марджери.

— Пресловутый тупой предмет, столь часто фигурирующий в детективных романах. Не моих, естественно. Для меня это слишком банально, – бурчит Найо.

— Но как она умерла? Расположение раны не очень соответствует позе тела, – размышляет вслух Эмма.

— Рискну предположить, – снова подает голос Агата, – что убийца ударил жертву чем-то достаточно тупым, чтобы оглушить ее, но не вызвать обильного кровотечения, а когда она осела на пол, сорвал кулон, при этом толкнув ее на спину. Возможно, смерть наступила как раз вследствие толчка, а не изначального удара.

— Звучит как будто складно, – кивает Эмма.

— Ну и где это тупое орудие, о котором вы все только и говорите? – по-прежнему ворчит Марш. – Мы обшарили всю комнату, а никакого окровавленного предмета нам так и не попалось.

Кровь на разыскиваемом ими предмете изображается темно-красной шелковой ленточкой, обвязанной вокруг орудия убийства, – конечно же, если дамы обнаружат его. А уж припрятала я вещицу на славу, мне даже приходится прикладывать усилия, чтобы довольно не захихикать.

— А вы, никак, надеетесь найти окровавленную крикетную биту, валяющуюся у нас под ногами? – фыркает Эмма. Весьма похожий звук издавала моя милая маменька, когда бывала недовольна поведением дочери, что случалось отнюдь не редко. – Вы что, забыли, что сценарий этой игры разработала сама Дороти Сэйерс? Очень сомневаюсь, что орудие убийства лежит себе на виду и ждет не дождется, когда же мы о него споткнемся.

«Вот обязательно Эмме и Найо надо сцепиться!» – досадую я про себя. Надеюсь, в них всего лишь говорит дух соперничества. Не будь я жертвой убийства, непременно постаралась бы сгладить шероховатости в общении: как-никак, в группе мне необходимо единодушие. Увы, на данный момент я не могу оторваться от холодного паркета. Господи, ну почему было не выбрать местом убийства ковер?

К моему удивлению, в перепалку вмешивается Агата:

— Дамы, не надо ссориться. Орудие преступления есть всегда, и мы его непременно найдем. Совместными усилиями.

— Если только Дороти не нарушила правила игры и не запрятала его вне четырех стен запертой комнаты, – заявляет Найо.

Кто, я? Нарушаю правила честной игры, которые помимо прочего требуют, чтобы убийство раскрывалось исключительно посредством анализа фактов, приведенных на странице, или же изучением того, что имеется в комнате? Один лишь намек на подобное приводит меня в ярость, и я уже готова вскочить на ноги, когда Агата произносит со смешком: