Башня Авалона - Майк Омер,К. Н. Кроуфорд Страница 73

— Мне послышалось слово засада? – уточняет Арзель.

Я оглядываюсь на дорогу – никого.

— Я услышала, как кто-то говорил про засаду в Аллевуре. А поскольку рядом нет ничего, кроме «Молчаливой женщины», я подумала, что засада может быть на вас.

Рафаэль хмурится:

— Что значит «услышала»? Кого ты услышала, пока ждала нас в лесу?

Я тяжело вздыхаю:

— Сложно объяснить.

— А ты попробуй.

— Просто случайно услышала, – твердо говорю я. – Вот и все, что вам нужно знать. Но если это правда, вы в опасности.

Рукоять меча Рафаэля блестит в темноте.

— Ладно. Надо хотя бы узнать, во что мы ввязались… Фрейя, ты не могла бы проехать вперед и проверить конюшню? Арзель, осмотрись вокруг. Загляни в окна, на крыши и в темные уголки. Ищи, вдруг что-то не так… Только убедись, что тебя не заметили.

Они молча скрываются в темноте.

Как только мы остаемся одни, Рафаэль складывает руки на груди, его пристальный серебристый взгляд прожигает меня насквозь:

— И что же ты недоговариваешь?

Ветер колышет траву; до меня доносится слабый запах древесного дыма и диких роз, растущих по краям поля.

— Иногда я слышу голоса, – наконец решаюсь я. – Раньше я думала, что это чушь. Но иногда то, что они говорят, сбывается.

Эти слова повисают в воздухе; несколько секунд тишину нарушают только шелест травы на ветру и громкое фырканье лошади Рафаэля. В конце концов он произносит:

— Ладно. Расскажи подробнее.

— Пока я ждала вас, сержант загнал меня в угол… в лесу.

Лицо Рафаэля твердеет, и он придвигается ближе:

— Он… что? Что произошло?

Я качаю головой:

— Ничего. От него было довольно легко избавиться. Но в это время я услышала в голове голос. Он сказал про засаду в Аллевуре. И я услышала эту фразу как раз перед тем, как сержант произнес ее вслух. Как будто слова из будущего. Я не уверена, что информация о засаде точная, но все равно не хотела рисковать и игнорировать ее.

— Бесплотный голос в твоей голове предупредил о засаде в Аллевуре, – ровным тоном резюмирует Рафаэль.

От досады я чувствую в груди тяжесть:

— И еще он сказал про предателя. Про какого-то Варриса.

Глаза Рафаэля распахиваются шире:

— Откуда ты знаешь это имя?

— Я только что сказала откуда.

Он изучающе разглядывает меня:

— Его имя не разглашается. Только я его знаю. Даже Арзель и Фрейя не в курсе. Варрис – тот, с кем мы должны встретиться.

Значит, я действительно слышу будущее.

— Сержант подумал так: «Сегодня ночью в Аллевуре попадут в засаду, и снова будет резня. Если верить этому предателю Варрису», – говорю я Рафаэлю. – Вряд ли это доброе предзнаменование, да?

— Нет, не доброе. – Он окидывает меня взглядом сверху донизу. – Что с ногой? Когда я увидел тебя в первый раз, ты прихрамывала, а сейчас тоже опираешься только на правую ногу.

— Вывихнула лодыжку, когда спрыгнула в вагон с крыши поезда.

— Когда что сделала?

— Вот так я сюда и попала, – объясняю я. – Села на поезд Гобанно. Это единственный способ добраться вовремя. Но у меня не было билета, поэтому пришлось лезть через крышу.

— Почему у меня такое предчувствие, что ты сведешь меня в могилу? – бормочет Рафаэль и опускается на колени.

— Что ты делаешь?

— Лечу тебя… Левая, да? – Он проводит костяшками пальцев по лодыжке в том месте, где больнее всего. Откуда он знает, где именно нужно лечить?