Медиум смотрит на звёзды - Мария Ермакова Страница 74

– Как ты разговариваешь с матерью, Эвелинн? – поднимаясь, спросила она.

В моей душе все сжалось, напоминая о том времени, когда я, услышав подобный тон, каждый раз умирала от страха и предчувствия беды. Но росток воли, что пробился и вырос за последние время, не дал ни отвести взгляда, ни дрогнуть голосом.

– Спокойно разговариваю, – ответила я. – Собственно, это почти все, что я хотела сказать.

– Вон отсюда! – севшим голосом воскликнула мать. – Вон! И не возвращайся, пока не будешь готова принести извинения!

Маленькая Линнупала на колени и залилась слезами. Мама была божеством в ее жизни! Божеством, которое она не смела огорчать даже ценой собственных страданий…

Взрослая я мысленно досчитала до десяти и добавила:

– Хочу внести ясность насчет этого дома, мама. Когда я унаследую его от бабушки, вы сможете оставаться здесь столько, сколько захотите – обещаю. Жаль, нам с тобой не довелось пожить в доме в Рослинсберге, который папа купил для нас…

Я направилась к выходу и уже на пороге услышала непривычно тихое:

– Ты его видела? Какой он?

Развернувшись, посмотрела на нее и поразилась тому, как постарела она за считанные мгновения. На гладком лице не появились морщины, и годы не согнули прямую спину, но прожитое время отразилось во взгляде, где на дне таились горе и одиночество.

– Он красивый, мама, мы были бы там счастливы…

И я ушла.

Сбегая вниз, едва не сшибла бабушку, которая торопливо поднималась по лестнице. Должно быть, спешила мне на помощь.

– Эвелинн, дорогая, что случилось? – с волнением спросила она.

– Все нормально, – я обняла ее и поцеловала, вдыхая такой родной запах. На душе сразу стало легче. – Заезжала поблагодарить маму за попытку спасти мою репутацию.

Отстранившись, бабушка внимательно посмотрела на меня и совершенно серьезно поинтересовалась:

– Приказать принести Виоле сердечные капли?

– Думаю, она справится. Ты уже решила, когда возвращаешься в Воральберг?

– Через пару дней. Перелеты даются мне не так легко, как раньше.

– Я переехала в Угольную падь, вот новый адрес, – я протянула визитку.

– Поздравляю! – расцвела бабушка. – Когда-нибудь я с удовольствием побываю у тебя в гостях.

Мы тепло распрощались.

Я покинула отчий дом с ощущением выигранного сражения.

Но не победы.

***

Мы вернулись только к обеду. В доме опять был бардак – Оскар и Амелия привезли вещи с улицы Первого пришествия. Теперь следовало как-то подружить этот скарб с особняком Гроусов.

Кроме того, Амелия купила все по составленному мной списку. Глядя на аккуратные ряды флакончиков и баночек, заполнивших туалетный столик, я радовалась, как девушка, собирающаяся на первый бал.

Бюро из моего бывшего кабинета Оскар уже перетащил в новый кабинет и разместил между книжными шкафами. У Гроуса в этом месте стоял постамент с бюстом известного мариниста,который сейчас нашел пристанище в другой комнате.

Сев перед бюро, я провела ладонью по деревянной поверхности. Сколько писем я здесь написала, включая не к ночи помянутые письма Виллему! Сколько мыслей передумала! Разыскав дедов сундучок, достала оттуда кинжал и урну с прахом, и убрала в одну из запирающихся полок бюро, ключ от которого носила на связке вместе с ключами от дома. Отперев другое отделение, вытащила темный осколок стекла, зажала в ладони, закрыла глаза и мысленно позвала Ромио. Душа противилась скорби по Вельмине, ведь я знала, что рано или поздно мы увидимся, но мне очень не хватало ее улыбки и тихого участия в моей жизни. Ромио тоже потерял Валери, он должен был меня понять. Но, как я ни звала, он не явился. Неужели все-таки Виллем, пользуясь моим отсутствием, вломился в покои на улице Первого пришествия и распугал обитающих там призраков? Если это так и было, мамино вмешательство, к сожалению, уничтожило все следы…