Токсы академии Акалим. Книга 1 - Мария Ермакова Страница 79

— Тебе? – изумилась я, ведь напал он именно на нее.

— Н… нет, – запнувшись, ответила она и, судя по выражению лица, погрузилась глубоко в свои мысли.

— Может быть, он хотел вернуться в лабораторию? – задумчиво протянул Кендрик.

Мы уже спустились с лестницы и остановились на пороге, не решаясь выйти под проливной дождь.

— Скоро вернется, – мрачно сообщил Даг. – Нильс, ты завис? Ставь щит, иначе мы промокнем до нитки!

Кендрик повел рукой, и я увидела, что над нашими головами появилось нечто вроде облака. Когда мы вышли на улицу, струи дождя забарабанили по нему так же, как и по крышам, но ни одна капля не проникла внутрь. Даже брызги до нас не долетали!

— Здорово! – не сдержала я восхищенного вздоха. – Нас тоже так научат?

Даг снисходительно посмотрел на меня, и я прикусила язык. Ну и гордись своим умением, староста четвертого курса! Я тоже научусь! Только сначала придется поломать пальцы…

— Научат, – ответил Нильс. – Боевую магию вы начнете на третьем курсе, щиты как раз в нее входят.

Старшекурсник был словоохотлив, и, поскольку на мнение Дага мне было плевать с ректорской башни, я не преминула этим воспользоваться.

— Нильс, а почему боевую магию начинают преподавать так поздно?

— Потому что она опасна, – ответил он безо всяких этих «даговских» ухмылочек. – Понимаешь, токс, в Акалим, как и в любую магическую академию, поступают люди с разными способностями к магии. Требуется пара-тройка лет, чтобы привести их примерно к одному уровню знаний и мастерства. За эти годы студенты осваивают простые и полезные чары, вроде заклинаний призыва, поиска или источника света, лечения ран, не опасных для жизни. Это – база, то, что пригодится в жизни каждому магу, независимо от того, выберет он артефакторику, целительство, общую магию или вообще решит открыть пекарню-кондитерскую в родном городе. Те, кто не захочет идти в боевики, с третьего курса совершенствуют уже полученные знания. Остальные, считай, начинают заново: третий, четвертый курсы плюс два года стажировки, а для тех, кто на госпособии, еще три – отработки. Ты на госпособии, полагаю?

Он спросил это как-то так… не обидно, что я просто кивнула. Значит, третий курс – начальная точка. И, видимо, поэтому, древненоррофиндский включен в программу именно третьего курса. Тем, кто не собирается стать боевиком, он без надобности.

— Позволь поинтересоваться, почему? – продолжал спрашивать Кендрик. – Твоя семья бедна?

Я вдруг поймала себя на том, что начинаю получать удовольствие от разговора. И хотя понимала, что Нильс из рода, по крайней мере, не менее знатного, чем у Силли, никак не могла отделаться от ощущения, что болтаю с одним из оставшихся в Замошье пацанов. В парне совершенно не было «имперского высокомерия», как говаривал папа. Он таких терпеть не мог, и я тоже.

— У нас всего вдосталь, – покачала головой я. – Но мои родители – не маги. Они не могли предположить, что дочери придется учиться в Акалим, поэтому денег на учебу не откладывали.

— Понимаю, – Кендрик кивнул, придержал дверь корпуса, пропуская вперед Сильвану Оливию, меня и Дага с мешком костей, то есть с занавеской останков. – Знаешь, раньше появление мага в семье, где ни один из родителей им не является, было неслыханным делом! А сейчас такое происходит все чаще.