Красота ее сгубила - Марина Серова Страница 79

— Да, конечно, я успею, не сомневайтесь, – заверила я Костю.

Всю эту историю с дворником я разыграла намеренно, мы так договорились с главврачом. Дескать, если вдруг Вадим решит потом в суд подать, что мы такое устроили, то всем будет понятно: это только моя инициатива, а врач вроде и не в курсе был! И дворник это подтвердит, что сам меня и впустил.

В коридоре было полутемно. Тихонько подойдя к палате, где одиноко лежал Вадим, я осторожно открыла дверь и вошла. Через окошко, которое было тут над каждой дверью, в палату тоже немного проникал свет.

Остановившись над похрапывавшим Вадимом, я сняла с головы платок и потянула с него одеяло на пол. Пошевелившись, он спросонья хотел снова укрыться, но я крепко прижала край одеяла на полу туфлей.

Завозившись на кровати, Вадим, увидев стоящую возле него фигуру, сел в постели, протер глаза, а потом, от ужаса закрыв рот рукой, прохрипел:

— Не может быть! Изыди! Ты привидение, ты труп! Тебя нет!

От него резко запахло… как бы помягче сказать, застоявшимся потом, чем-то кислым и неприятным. Точно луковый король!

Я глухим замогильным голосом вещала:

— Я пришла отомстить за то, что ты со мною сделал! Или ты думал, я не вернусь? Ошибся! А я теперь вампир! И ты сейчас тоже им станешь! Проси прощения! Кайся! Ирод! Это ты виноват в моей смерти! Это ты меня убил!

Я намеренно оскалилась, предварительно прицепив накладные клыки и делая вид, что сейчас начну высасывать у него кровь, делала страшные пассы руками, прочно вошла в образ.

И тут случилось непредвиденное, между ног у Вадима расплылась лужа, он описался! Это было так отвратительно! Меня стало мутить, а он стал шептать:

— Пощади! Прости! Я не виноват! Я не убивал! Я же только изнасиловал! А как ты утонула, я не знаю. Уйди! Люди! Помогите! Убивают! Кто-нибудь!

И он, как и в прошлые разы, стал заваливаться на бок и трястись, этого я уже вынести не могла и резко щелкнула выключателем, включив свет в палате.

А потом я стала аплодировать:

— Браво! Ты молодец, Вадюша! Облегчил душу наконец! Признался! Вот что, значит, ты сотворил с бедной девушкой, гад поганый! Да она же тебе в дочки годится, урод! Ты зачем на нее полез?

Вадим закрыл голову руками:

— Вы меня обманули! Вы ничего не докажете! Я откажусь от своих показаний! Мне плохо, позовите врача!

И тут вошел доктор с улыбкой и шприцем в руках, сопровождаемый двумя санитарами:

— А я уже здесь! Ах ты паршивец, Вадюша! Не ожидал! Ничего, сейчас мы тебе сделаем укольчик, а потом ты отправишься в камеру! А уж там тебе сокамерники покажут, как живется в тюрьме насильникам! Море удовольствия получишь, я обещаю!

Вадим задергался, пытаясь вырваться, но тщетно, перевес был на стороне санитаров. После укола Вадим обмяк, и его лихо закинули на койку, надев смирительную рубаху и привязав.

Я поблагодарила доктора:

— Спасибо вам огромное! Вы мне так помогли! Я уже не знала, как выбить признание из этого жирного скунса!

На следующий день я отнесла телефон с записью откровений Вадима в полицию, где, послушав все, немедленно послали сотрудников, чтобы задержать этого негодяя.

А я отправилась в супермаркет, чего-то захотелось вкусностей, ведь не все, что любишь, можно покушать в гостиничном ресторане.

Купила что хотела, выхожу из здания, а ко мне подходит мужичок, одетый в потертые штаны и футболку, протягивает руку, в которой зажато немного денег, и говорит: