Белая стрекоза и три папы - Янина Корбут Страница 79

— Чайком балуешься? — вкрадчиво начал Славик.

— Так Танька с утра прибегала, ее Элла науськала, чтобы она мне пить не давала. Да я и сам решил: хватит. Надо заканчивать эту историю. Я же не алкаш какой-то, у меня волевое усилие есть. Тут просто повод был, не каждый день одноклассницу убивают. А так я, считай, в завязке.

— А чего такой веселый? — подозрительно прищурился Славик.

— Так Элла звонила. Говорит, все обошлось. Конечно, ее там обследуют пока, а потом сразу домой отпустят. Ни к чему ей тут находиться. Не знаю, что за шутники в этой деревне, но бросаться дровами в людей — это уже слишком. Найду кто — ноги вырву.

— Ты думаешь, это случайность?

— А кому бы понадобилось специально бить ее по голове? — насторожился Артем.

— Тому, кто убил Соню, к примеру. И опасался, что Элла что-то знает. И не просто знает, а может рассказать. Что-то, указывающее на мотивы преступления.

— Бред. Элла бы мне сказала… Надеюсь, нас тоже быстро отпустят. Придут уточненные данные по Соне, окажется, что это несчастный случай…

— Ты, наверное, пропустил информацию, но у нее два удара в области головы.

— Ну, может, она первый раз поскользнулась и упала затылком на ступени, потом попыталась встать, и упала снова. Я вообще читал в новостях недавно, что один мужчина упал на табурет и при падении стукнулся головой о пол и спиной — о металлическую ножку табурета. Умер от колотого ранения в живот ножкой. И при этом был трезвым! А Соня трезвой точно не была, еще и скользко…

Я села за стол, Славик, подумав, тоже присел на краешек стула и впился пристальным взглядом в лицо Артема. Я заметила, что тот, несмотря на напускное спокойствие, осунулся. Мешки под глазами, сероватое лицо. Алкоголь до добра не доводит, чего уж там.

— Ты что топил в реке? — не стала я скрывать предмет своего интереса.

— Что???

Он вскочил, поперхнулся, беспомощно огляделся, словно искал поддержки жены. Вовремя вспомнив, что ее здесь нет, он снова опустился на стул.

— С чего вы…

— Мы видели, как ты бросил сверток в воду, — тяжело глянул на него Славик.

— И что? Как вы его нашли? Ты что, следом нырнул? — не понял Артем.

— Ага, нырнул. Как кот срыгнул. Делать мне больше нечего. Говори, что там было.

— А вам какое дело? — узнав, что сверток мы не видели, Артем приободрился, но я поспешила его осадить:

— Мы сейчас пойдем к Тукачу, он вызовет водолазов, и сверток все равно найдут, — пригрозила я Артему. Это подействовало, и он присел.

— Не надо! Ладно. Я… я все расскажу.

— Ты убил Соню? — пошел в атаку Славик.

— Нет, конечно, не я!

— Зачем тогда топил орудие убийства?

— Какое орудие? Там просто моя одежда была. Водолазка и брюки.

— Те, в которых ты был в первый день на теплоходе? Зачем ты топил свою одежду? — не поняла я.

— Просто… Не хотел хранить у себя. Нехорошие ассоциации.

— Не пудри нам мозги. Ты решил, что полиция будет осматривать одежду, в которой мы были в тот вечер, и решил избавиться от нее?

— Ты зачем убил Соню? — снова возопил Славик.

— Да вы с ума сошли! Что за хрень вы несете…

— Если сейчас же не расскажешь правду, будешь прокурору рассказывать про свои ритуалы расхламления водой.

— Боже… Так и думал, что это выйдет мне боком…

— Что именно? Утопление водолазки?

— Да черт с ней, с водолазкой… Только обещайте, что Элла не узнает. И вообще, никто, кроме вас.