Пёс неприкаянный - Татьяна Нильсен Страница 81

— Конечно, — с готовностью согласился капитан и подскочил.

— Вы выяснили, где произошло преступление? Точное место, где преступник резал жертву?

— Да всё в тех же кустах. Только покойник пришёл своими ногами. Следов волочения не обнаружилось. Так же мы не нашли бутылку от сливовицы и обёртки от сыра. Вероятно улики забрал с собой убийца. И вообще нет никакого смысла так жестоко расправляться с человеком, который никому не приносил вреда. Да небо мужик коптил зря, ни детей, ни семьи не завёл, но это его выбор. Не убивать же за это. И богатства после себя не оставил, и наследство бы не получил.

— Вот и я думаю, зачем?

— Такое мог сотворить только маньяк. Именно в их головах роятся больные мысли. Такие пытаются очистить мир от скверны.

Кулганек с большим интересом посмотрел на капитана. Ход его мыслей удивил детектива. Оказывается и в глубинках есть толковые сотрудники. А может просто фантазёры? Он поднялся со словами:

— Я заеду на рынок. Хочу купить рассаду цветов для жены. Здесь я заметил удивительные расцветки. В Праге такие Анютины глазки не купишь и петунии тоже.

— Это правда, — заулыбался капитан Зденек. — Местные цветоводы изощряются друг перед другом. Каждый год появляются новые сорта цветов. К нам приезжают цветоводы из Польши, Германии и даже Австрии.

Кулганек отсутствовал около двух часов. Когда из управления он вернулся в город, то понял, что основательно проголодался. Солнце грело от души. Над булыжными мостовыми плыли запахи свежей зелени и тянуло ароматом свежих булочек. Болеслав снял куртку и вытер пот. Он решил перекусить в небольшом кафе неподалёку от рынка. Пришлось урезонивать собственные аппетиты. Кулганек желал пива. Он обожал «Старопрамен», но пришлось ограничиться свиной рулькой с овощами. Трапеза насытила желудок и странным образом привнесла оптимизм в душу. Если местный детектив уже закрыл дело и отправился в отпуск, то он — сыщик со стажем просто обязан найти упыря в короткие сроки. Детектив вернулся в управление, где его уже ждал Зденек. В кабинете он протянул папку с документами коллеге из Праги.

— Вот здесь всё, что у нас есть по этому убийству. Скажу честно, народ находился в шоке несколько дней. Местный журналист пронюхал о кровавой бойне и сунул заметку в газету. Жители не на шутку испугались. Мы живём здесь тихо. Неприятности, конечно, случаются, но это так по-мелочи. И убийства происходят, но такое в первый раз. Надеюсь, в последний. Вот представьте, что наркоман и забулдыга никому не был нужен при жизни, а когда помер, народ собрался возле управления и начал требовать смертной казни для убийцы. То есть грешить мы можем все и от преступлений никто не застрахован. Вот только черту переходить не надо, то есть расчленять нельзя даже опустившихся людей.

— Послушайте капитан, — детектив сообразил. — Я могу увидеть предполагаемого убийцу? Он ещё у вас?

— Да здесь. Ждёт суда. А куда его девать? Я могу его в кабинет доставить.

— Приводить не надо. Хочу посмотреть на того, кто мог такое сотворить.

Капитан повёл Кулганека по лабиринтам коридоров. Возле одной двери он открыл окно, отошёл в сторону и мотнул головой.

— Вон он ничтожный сидит.

Детективу пришлось согнуться почти пополам. Окошко находилось на уровне его живота. Болеслав вгляделся в тело, которое забившись в угол камеры, тряслось. Щуплая фигура мужика ходила ходуном. Ладони он зажал между коленей, а давно не стриженная голова мелко тряслась.