Между пулей и любовью - Владимир Колычев Страница 84

— И с Викентием нужно вопрос решать, — заключил Вася.

— Что там в армии про инициативу говорят? — усмехнулся Рэм.

Но Васю смутить не удалось.

— Скажешь мне, сделаю все как надо.

— Лука у нас по этой части, — кивнул Беляш.

— Ищите Луку, — кивнул Рэм. — А Миша пусть берется за Викентия.

По Верлинскому работали, но не так плотно, как хотелось бы. Сейчас самое время бросить на него все силы, все возможности.

— Куда едем? — спросил Винт.

— Сначала семья.

Рэм — вожак стаи, большой семьи, он просто обязан подавать пример своим друзьям. Логика проста: как он относится к своей «малой» семье, так его воспринимает «большая», Вася, Беляш, Весельчак, все. Именно поэтому он не может выставить Лену за дверь просто так, нужен очень веский повод, о котором будут знать все. Но рассказать об измене жены — все равно что объявить себя рогоносцем, этого Рэм позволить себе не мог.

К себе в квартиру он вошел, намотав эмоции на кулак, даже позволил Лене поцеловать себя.

— А почему мне не сказали, что ты выходишь? — спросила она.

— А разве Лука не заскакивал, не говорил? — подняв на руки дочку, спросил Рэм.

Варенька — настоящее сокровище, только ради нее одной он готов терпеть Лену — на пионерском от себя расстоянии. А еще лучше на космическом, одного светового года вполне хватит.

— Лука? А он мог мне сказать? — голос у Лены слегка дрогнул.

— Ну, если заскакивал, то мог.

— Да не заскакивал он, — спохватилась она. — С чего это?

— Ну, по старой памяти. Новой дорожкой.

— Какой дорожкой? Что ты такое говоришь?

Рэм ничего не сказал, принял душ, Лена накрыла на стол. Суп у нее с фрикадельками, бефстроганов с гарниром.

— Ты же меня сегодня не ждала, для кого обед? — спросил он, не глядя на жену.

Уже успел насмотреться на свою красоту. Макияж, прическа, дорогой домашний халат смотрелся не хуже нарядного платья. Трико на балконе сушится после тренировки. Он-то думал, что Лена для него старается.

— Я всегда тебя жду!

— Ну жди!

После обеда Рэм закрылся в спальне, велел его не тревожить, но Лены хватило ненадолго. Сначала тихонько постукивала, затем громко ударила кулаком. Рэм вышел к ней, полностью одетый.

— Нигде покоя нет, — сказал он, не глядя на предательницу.

— Рэм, что случилось? — Лена поднялась на цыпочки, ладонями опираясь о его грудь, посмотрела в глаза. — Ты как будто чужой!

— За Варю отвечаешь головой, — сказал он, снимая руки со своей груди. — Если не справляешься, найми няньку.

Он вынул из кармана бумажник, набитый деньгами, выложил на трюмо в прихожей всю наличность.

— Будет мало, знаешь, где меня найди.

— Значит, это правда! — охнула Лена.

— Что правда?

— Что баба у тебя!

— Не было никого. Пока Лука к тебе не заскочил.

— Не было никакого Луки!

— Ну не было и не было. Не скучай!

Рэм ушел, оставив Лену в полном смятении, пусть теряется в догадках, уж это куда лучше, чем стоять посреди вокзала с чемоданом, но без ребенка.

Он вышел из дома, не предупредив Винта, тот не сразу подал машину к подъезду. Впрочем, Рэм не торопился, достал сигарету, закурил. Винт подъехал, Сеня открыл дверь, Рэм затянулся, сухой табак горел весело, колбаска пепла вот-вот должна была отвалиться, но ее чем-то сбило, то ли камнем, выпущенным из рогатки, то ли пулей. Скорее последнее, Рэм ощутил завихрение воздуха на внешней стороне ладони. Да и звук выстрела не заставил себя ждать.