Рецепты любви и убийства - Салли Эндрю Страница 84

— Боюсь, миссис ван Хартен, вы не понимаете, насколько это серьезно. Констебль Вэтбой изучил отпечатки шин и следы обуви. Это тот же человек, который убил Лоуренса. Возможно, и Мартину. Тут не до шуток.

— Но это мой дом, – сказала я.

— Только на некоторое время, как только мы его поймаем – вернетесь.

— Как вы его собираетесь ловить? У вас есть зацепки?

— Оставаться здесь вам опасно. Даже окна не запираются.

— Вы кого-то подозреваете?

— Мария. Эти туфли, вот так порезанные – говорят о том, что ваша жизнь в опасности.

Я пригубила лимонад, посмотрела вниз на мои фельтскуны цвета хаки, целые и невредимые.

— Наверное, мы вышли на след, – сказала я, – иначе он не стал бы мне угрожать.

— Вышли на след? Что вы хотите этим сказать? Я же велел вам не вмешиваться.

— Попробуйте лимонад, детектив.

Он стал ходить взад-вперед по комнате.

— Вы снова лезете на рожон. И что? Видите, к чему это приводит? Надеюсь, это предупреждение вы воспримете всерьез.

Я еще отпила из стакана. Посмотрела на точку на потолке, где облупилась краска. Понятно, Канемайер недоволен, но ведь не он один?

— Детектив Канемайер, кто-то знает, что в ночь, когда убили Лоуренса, мы с Джесси были в том доме?

— Лично я не говорил никому, но можно не сомневаться – сейчас об этом знает половина города. Мерву Гаус из магазина растрезвонила.

— Если он хочет убить меня, зачем убивать мои фельтскуны? Он хочет меня отпугнуть. Значит, думает, что мне что-то известно…

— Это. Не. Ваше. Расследование.

— Конечно, оно ваше. Но если хотите найти убийцу, надо слушать тех, кому есть что вам сказать.

Канемайер сел за кухонный стол. Провел рукой по волосам, выпил полстакана лимонада. Кажется, немного охладился.

— Хорошо. Говорите, что вам известно.

— Наверное, вам понадобятся ручка и бумага, – посоветовала я.

Он достал ручку и небольшой блокнот. Кивнул Питу, и тот тоже сел.

— Налейте себе еще лимонада, Пит, – предложила я.

Он послушно налил лимонад себе, а заодно и нам, и я рассказала все, что знала о Грейс, мистере Мариусе, брате Мартины, Кэндис и даже адвентистах седьмого дня.

Покончив с этим, я спросила:

— Может, теперь поделитесь вашими новостями?

Канемайер покачал головой.

— Настаиваете на своем, да? Дело ведет полиция. Одно могу сказать: насчет гранатового сока вы оказались правы. В нем было снотворное. Мы выясняем в супермаркете, кому они продали гранатовый сок.

— Таких наверняка много. Откуда продавцы всех упомнят?

— Не так и много. В ящике, который поступил на прошлой неделе, было всего шесть литров.

— Еще я вам сказала, что гранаты выращивает Джон, и сезон для них у него начинается раньше. Может, у него есть запасы замороженного сока…

— Это мы проверим. Но держитесь от всего этого подальше, Мария. Прошу вас. Не хватает только, чтобы и вас убили.

В остатках лимонада плавали кусочки лимона. Я их пожевала.

— Джесси, наверное, тоже угрожает опасность? – предположила я.

— Ее туфли тоже принесли ей на порог?

— Нет. По крайней мере, их не было, когда я недавно ей звонила.

— Вас надо отправить куда-то в безопасное место, – сказал он.

— Детектив. Никуда убегать я не буду. Кто накормит моих курочек?

— Мы можем на время поместить сюда кого-то из своих. На случай, если этот тип вернется. Ваших кур накормит полицейский.