Тайна вещевого рынка - Марина Серова Страница 85

Вечером я позвонила Игорю Петровичу и сухим, деловым тоном назначила встречу на понедельник, 12:00. Он попытался уточнить предварительные выводы, но я отрезала:

— Все на встрече.

Подвешенное состояние – лучший соус для аппетита, особенно когда на десерт подают скандал.

А еще было СМС. С угрозой. Я перечитала его раз десять. Пятьсот тысяч. «Или будет дороже». Эти слова не пугали. Они подтверждали диагноз. Круглов был в панике, а паникер всегда совершает лишние движения. Это движение – угроза – стало еще одним экспонатом в моей коллекции.

Утро понедельника встретило меня не волжским туманом, а ясной, почти наглой голубизной неба. Я стояла у той же чугунной ограды набережной, но не для интроспекции. Для последней проверки боекомплекта. Ветер с реки трепал волосы, но не мог проникнуть сквозь шелк моего доспеха.

Изумрудный брючный костюм сидел безупречно. Цвет, выбранный неслучайно, делал глаза холодными, предупреждающими. Черные лаковые лодочки на шпильке отбивали четкий ритм на граните – ритм приговора. Я смотрела на Волгу, тяжелую, несущую свои воды мимо городских склок. Она была символом не спокойствия, а неотвратимости. Правда, как и эта вода, найдет свою дорогу. Моя задача – просто убрать плотину молчания.

В кармане жакета лежала флешка-скипетр. В сумке – две папки, красная и синяя. Все было готово. Оставалось только дойти до кабинета на шестнадцатом этаже и положить эти папки на стол человека, который верил, что все в этом мире, включая правду, имеет свою удобную цену.

Я повернулась спиной к реке. Пора было заканчивать эту историю.

Лифт в офисном центре «Пассаж» поднимался бесшумно, подчеркивая дорогую изоляцию от уличного шума. Я смотрела на свое отражение в полированных стенках. Изумрудный костюм, безупречный макияж, собранные в тугой узел волосы. Образ не оставлял сомнений: я шла не просить, а предъявлять. Курьер с неприятной, но неоспоримой посылкой.

Двери раздвинулись на шестнадцатом этаже. Приемная, выдержанная в духе «тихой роскоши» – ковер, заглушающий шаги, абстракции на стенах, секретарь с лицом фарфоровой куклы. Она, не задавая вопросов, проводила меня по длинному коридору за стеклянными стенами. За ними копошились менеджеры в открытых пространствах – прозрачный муравейник для демонстрации работы. Настоящие же решения созревали в коконах из темного дерева в конце пути.

Дверь в кабинет Игоря Петровича была именно таким коконом. Секретарша постучала, услышав «войдите», мягко втолкнула меня внутрь и исчезла.

Кабинет был просторным, но не пустым. Каждая зона имела цель: массивный стол у панорамного окна с видом на крыши города и, в отдалении, на сам рынок «Пассаж»; зона для неформальных переговоров с низким диваном; скромный мини-бар. Все в оттенках серого, венге и слоновой кости – цвета денег, которые предпочитают не отсвечивать.

Игорь Петрович поднялся из-за стола. Его светлый костюм от хорошего портного сидел чуть лучше, чем на манекене. Улыбка была отработана до автоматизма – широкая, гостеприимная, доходящая до глаз, но не согревающая их.

— Татьяна Александровна! Вовремя, как всегда. Проходите. Кофе? Или, может, после выходных что-то покрепче?

Его голос был бархатным, обволакивающим.

— Кофе, черный, пожалуйста, – кивнула я, подходя к столу, но оставаясь на ногах. – Без всего.