Не те руки - Марк Биллингхэм Страница 86

— Кто это? – спросил Нейтан.

— Не бери в голову, – ответил Говард.

Они с Мэри прекрасно знали, кто этот человек в алых брюках и мягкой кожаной куртке. Ральф Месси как раз начинал создавать себе имя в их последние годы службы.

Пока Миллер держался в стороне, остальная компания потянулась к выходу. У двери Говард смерил Месси тяжелым взглядом, крикнув Миллеру, что в пабе его будет ждать пинта пенного.

Месси улыбнулся и поклонился.

— Отрадно видеть вас вновь с вашей маленькой труппой, – сказал Месси, когда они с Миллером остались одни. Он изобразил печальное лицо. – Хотя теперь все уже не так, верно? После того, как…

— Стоп, – оборвал его Миллер, надеясь, что резкость в его голосе окажется достаточно очевидной.

Месси пожал плечами и прошел в зал. Он прогулялся по помещению, цокая языком при виде потертого паркета и облупившейся краски, и поморщился, проведя пальцем по пыли на подоконниках.

— Знаете, я бы с удовольствием организовал для вас всех место в “Мажестик”. Там намного чище, да и оборудование получше, чем в этой дыре. – Он улыбнулся. – Со скидкой для друзей, разумеется.

— Чего вы хотите? – спросил Миллер.

— Ну, как предприниматель, для которого танцы являются, мягко говоря, основой бизнеса, я люблю быть в курсе того, что происходит в сообществе. Какие, так сказать, движения совершаются. Отрадно видеть столько искреннего энтузиазма среди любителей.

Миллер повторил свой вопрос.

— Я просто решил поинтересоваться, как продвигаются дела, – сказал Месси. – Ваше расследование. Мне, понятное дело, очень хочется знать, добились ли вы с коллегами какого-нибудь прогресса. Я имею в виду, конечно, ваши похвальные усилия по избавлению нашего города от того единственного человека, чья преступная деятельность постоянно тянет его на дно.

— Единственного?

Месси улыбнулся и сел за пианино. Он начал медленно наигрывать какую-то мелодию, которая, вероятно, должна была что-то означать в контексте разговора, но Миллер ее не узнал. Он ждал, борясь с искушением захлопнуть крышку пианино прямо на безупречно ухоженные пальцы Месси.

Тот закончил играть и поднял взгляд.

— Ну так что? Уэйн Катлер получит по заслугам в ближайшее время?

— С каких это пор я или кто-либо из моих коллег обязаны перед вами отчитываться?

— Ни с каких, разумеется.

— Рад, что вы это понимаете.

— Позвольте выразиться иначе. – Месси выдержал паузу. – Насколько мы приблизились к тем теоретическим обстоятельствам, которые обсуждали в прошлый раз?

Для бывшего дрэг-квин, ставшего гангстером, чьи литературные интересы ограничивались подпиской на “OK!”, привычка Месси изъясняться так, будто он намного образованнее и утонченнее, чем был на самом деле, оставалась такой же раздражающей, как и всегда, но Миллер прекрасно его понял.

Упрячьте Катлера за решетку, и я расскажу, что знаю об убийстве вашей жены.

Мысль о том, чтобы как-то поспособствовать извращенным амбициям Ральфа Месси, была крайне неприятной, но Миллер понимал, что выбор у него небогатый.

— Надеюсь… что да, – произнес он.

— Надежда – это хорошо, – просиял Месси. – Надежда меня радует.

— Безумно счастлив это слышать, – сказал Миллер. – А теперь меня ждут друзья. – Он сделал несколько шагов к двери, потом остановился и обернулся. – Но прежде, чем я уйду… Длительный тюремный срок для Уэйна Катлера – это, несомненно, хорошая новость для… ну, всего человечества. Но каковы гарантии, что моя жизнь станет легче, когда единственным злодеем, о котором придется беспокоиться, станете вы?