Тени яблоневой аллеи - Дарья Калинина Страница 89

Как ни странно, первой обрела дар речи Катюша, она произнесла:

— То есть Виолетта вышла замуж за человека, который лишь притворяется Костей?

— Да.

— Не может быть, – запротестовала Оленька. – Если бы Костя был совсем не Костей, а другим человеком, то зачем бы он направил меня к Олегу, назвав его своим школьным другом? А ведь наш Костя, или кто он там, фактически указал мне на Олега как на вероятного подозреваемого в деле о нападении на Виолетту. Коснись чего, Олег бы выдал его тайну. Что Костя вовсе не Костя, а кто-то другой. Олег учился с настоящим Костей и должен был признать, что нынешний Костя совсем не настоящий Костя.

— А что, если Костя к тому времени уже знал, что Олег никому и ничего не скажет?

— Подождите, девочки! Так мы с вами много чего можем нафантазировать. Нужно точно установить, кто живет под личиной мужа нашей Виолетты! Настоящий там Костя или какой-то совсем чужой человек.

Виолетта сидела бледнее мела.

— Что вы такое говорите? С ума сойти можно! Получается, мой муж совсем не тот человек, как я думала? Антонина, ты не можешь ошибиться?

— Исключено! Когда я чего-то не помню, то так и говорю, что не помню. Но уж если вспомнила, то вспомнила наверняка!

Светлана обратилась к Виолетте:

— Вспомни, твой муж знакомил тебя со своими родителями или другими какими-нибудь родственниками?

— Родителей его я не видела, оба родителя умерли к тому времени как мы познакомились. Болели, как он мне сказал. И в самом начале девяностых умерли. Приезжала какая-то его тетушка из Саратова или Саранска, но я ее толком не помню, это было еще в самом начале наших с ним отношений.

— А потом? А другие родственники приезжали? Звонили?

— Некогда нам было с родственниками встречаться, работать надо было. Всегда мы в разъездах, где уж тут родниться с людьми.

— Ну а на вашей свадьбе с его стороны кто-нибудь был?

— Никого не было. Ни с моей, ни с его. У нас и свадьбы в том понимании, какое люди всегда вкладывали, тоже не было. Расписались, посидели вдвоем с Костей в ресторане и уехали в свадебное путешествие. Опять же вдвоем.

— Сейчас такое в порядке вещей, но раньше-то свадьбы широко гуляли. Хвастались друг перед другом, кто больше потратит, кто больше гостей позовет.

— Не все. Костя сказал, что свадьба двух влюбленных сердец – это самое романтичное, что может случиться в жизни человека. И что свадьба – она только для нас двоих. Устраивать базар-вокзал из самого трогательного и святого дня в нашей совместной жизни он не собирается. Он так все красиво говорил! Я подумала-подумала и согласилась. Тем более что потом, после возвращения из свадебного путешествия, свадьба у нас все-таки была.

— Ага! Была!

— Мы сняли ресторан на вечер и гуляли там всем нашим музыкальным коллективом.

— То есть опять же без родни?

— Без родни.

— И тебя это не смутило?

— Зачем? Я своих тоже не приглашала. Они бы не вписывались в нашу тусовку.

— А поздравления Косте с праздниками приходили?

— От той же тетки из Саратова. Открытка пришла, потом телеграмма, мол, встречайте. Но она такая хамоватая и грубая баба оказалась, что мы с Костей с облегчением вздохнули, когда она свалила обратно. И больше мы ее к себе не приглашали. И сейчас я вспоминаю, что тетка появилась после того, как я стала приставать к Косте с вопросами о его семье. Тогда он и сказал, что рассказывать не мастак, приедет тетка, она кладезь семейных историй, все и расскажет.