Мерривейл, Марч и убийство - Джон Диксон Карр Страница 9

Хартли стоял с задумчивым видом, поддерживая руку.

— Мой дорогой дедуля, – проговорил он, – собирал пожертвования для церкви, но выглядел как настоящий злодей. Я попытался воспроизвести его внешний облик, ориентируясь на фотографию. В репертуаре некоторых театров идут пьесы, где фигурируют старые бандиты…

— Кажется, я схожу с ума, – перебил его Родман, не сводивший с Марча взгляда. – Что вы сейчас сказали? Он свистнул, чтобы привлечь мое внимание? Мое внимание? Зачем?

Хартли многозначительно посмотрел на свою жену:

— А это теперь ты объясни.

— Хорошо, – сказала Бетти, которая, казалось, с трудом сдерживала клокотавшую в груди злобу. Она повернулась к Родману. – Знаете, кто вы такой?

— Моя дорогая юная леди…

Дорогая юная леди вскочила, охваченная праведным гневом:

— Вы понимаете, что творите? Вы и ваша драгоценная миссис Этчисон? Или станете отрицать, что не подглядываете и не шпионите за нами, как и за всеми, до кого можете добраться, только еще хуже? И так продолжается с тех пор, как мы переехали в эту квартиру. Вы стараетесь все о нас разнюхать. Стоите у окна с биноклем и провожаете из комнаты в комнату, отчего моя жизнь стала совсем невыносимой. Честное слово…

— Проверьте, закрыта ли дверь, – тихонько сказал полковник Марч Хартли.

— …И раз уж мы все равно хотели испытать эту иллюзию в деле, я подумала, что заодно стоит преподать вам урок и хорошенько припугнуть. Наверное, это я во всем виновата. Я думала, что тот пистолет из театра заряжен холостыми патронами. А это оказалось не так. Но я все равно рада, что разбила ваше чертово окно. Однако когда мы поняли, какой ужасный шум подняли настоящими выстрелами, то притворились, будто ничего не случилось, иначе вы заявили бы на нас в полицию из-за попытки покушения. Джиму пришлось бы все объяснять, и его затея с пьесой провалилась бы…

— Свет моей жизни, – обратился к ней супруг, пытаясь немного успокоить ее.

— Но разумеется, Джим не хотел сдаваться. Я отвлекала вас, пока он снимал дедушкин грим, вытаскивал зеркала, закрепленные под столиком, и прятал их, а также закрывал окно. Все остальное не так страшно, но я не могу простить вас за то, с каким праведным и победоносным видом вы схватили фотографию, а потом смотрели, как Джим поскользнулся и упал на ковер сразу после полученного ранения…

— Об этом, миссис Хартли, вы расскажете в другой раз, – перебил ее инспектор Робертс, выглядывая в окно. – Похоже, мистер Родман спешно покинул нас.

Она успокоилась и озорно улыбнулась:

— Просто гора с плеч. Но все равно мне ужасно жаль. Он может заявить на нас?

— Может, – кивнул Хартли. – Но сомневаюсь, что сделает это. Сразу поползут слухи… Нет, вряд ли он на это пойдет. Ведь, если всему свету станет известно о его геройском поведении, он превратится…

Полковник Марч кивнул с поистине царственным видом.

— Совершенно верно, – сказал он. – В настоящего человека-невидимку.

Преступление в ничьей комнате

Оркестр гремел, свет сиял так ярко, словно на небе взошло семь солнц… правда, только в разыгравшемся воображении мистера Рональда Денэма. Он широко улыбался охраннику на парковке «Ридженси-клуба», пока тот помогал ему сесть в такси. Улыбался таксисту. Улыбался ночному швейцару, проводившему его до дверей квартиры на Слоун-стрит. Вдобавок у него возникло непреодолимое желание раздавать банкноты каждому, кто попадется ему на пути.