Между пулей и любовью - Владимир Колычев Страница 90

Улиткин угрюмо молчал, надув губы.

— Одну поляну делите? Тесно стало?

— Если знаешь, зачем спрашиваешь?

— Я не спрашиваю, просто мысли вслух высказываю. Если ты готов убить человека за место в песочнице, почему я должен думать, как тебя наказать? Замочить, закопать, завтра тебя уже все забудут.

— Замочи! — Улиткин вдруг резко повернулся к Рэму и с вызовом глянул на него.

Понял он, что не собираются его убивать, не для того развели на заказ, чтобы класть в землю. Рэм на самом деле собирался держать этого жука на крючке, внушив ему страх в свои возможности. Но Улиткин почему-то увидел в этом слабость. Зря.

Рэм замолчал. Маршрут менять не стал. Спустя час машина остановилась на проселочной дороге, отделяющей лес от поля. Улиткин правильно понял, что именно сюда его и везли. В уединенное место, где никто не помешает закрыть с ним вопрос. Одним росчерком пера, продублированным контрольным выстрелом.

— Куда ты меня привез? — икнув от волнения, спросил банкир.

Рэм протянул руку, Сеня вложил в нее пистолет.

— Глушитель!

Сеня кивнул, передал ему и прибор бесшумной стрельбы.

— Что ты делаешь? — простонал Улиткин.

Рэм не реагировал, молча накрутил глушитель на ствол.

— Выходи!

— Нет!

Улиткин вцепился в поручень над дверью.

— Сеня!

Пацаны вышли, открыли дверь, вытащили Улиткина из машины, поставили на колени.

— Не надо, нет!

Банкир в ужасе таращился на подходящего к нему Рэма, но тот как будто не замечал его. Подошел, с каменным лицом приставил к голове пистолет.

— Не надо, ну пожалуйста!

Улиткин поверил, что жить ему осталось совсем чуть-чуть, в полном бессилии повис на руках у пацанов, Рэм незаметно подал знак, его отпустили, и он плашмя лег на землю.

— Ну не надо! Хочешь, банк на тебя перепишу?

— Не так нужно, — приставив ствол к уху, тихо сказал Рэм. — «Банк на тебя перепишу» говори.

— Банк на тебя перепишу!

— Не нужен мне твой банк!

— Ульяну тебе сдам!

— Что?!

Рэм подал знак, Улиткина поставили на колени.

— Ты сдашь мне Ульяну?

— Она работает на меня!

— И что?

— Теперь она может работать на тебя. Что хочешь с ней делай!

Рэм качнул головой. Не смог Улиткин заслужить прощения, напротив, только усугубил свою вину.

— Прощай! — Он приставил пистолет к голове банкира. Сейчас он на самом деле готов был его убить.

— Ну не надо, ну пожалуйста! — зарыдал Улиткин.

И слезы хлынули из глаз, и моча разлилась под брюками. Рэм с отвращением смотрел на него. Ну как такого чмошника убивать?

— Где Артамон?

— Артамон?! Артамон у меня!

— Сам на тебя вышел?

— На Викентия выходил через Ульяну. А Ульяна мне сказала.

Рэм подал знак, и его бойцы скрылись в машине: нечего им уши греть. И Ульяну он выставил сегодня за дверь, чтобы она не слушала их разговор с Викентием. Не знал, что Ульяна работает на Улиткина, просто с недавних пор перестал доверять женщинам. И правильно сделал, что выдворил ее. Иначе бы Улиткин не растекался бы сейчас соплей перед ним… Нельзя верить бабам… Да и мужикам тоже…

— С Ульяной спал? — спросил Рэм.

— Нет, что ты! — Улиткин закрыл лицо ладонями, сквозь узкую щелочку между ними глядя на пистолет.

Рэм почему-то не поверил ему. Страшно Улиткину, за каждым словом следит. Скажет, что спал с Ульяной, и получит пулю в лоб. И не исправить уже ошибку.

— На чем Ульяну поймал?