Продавец крови - Александр Долгирев Страница 92

Стрекалов завозился с ключами – что-то заело. Он припомнил секрет и поддавил тяжелую дверь коленом – ключ все же провернулся, а на второй оборот не встретил никаких препятствий.

Бо`льшая часть дорогой мебели скрывалась под запыленной тканью – все же постоянно здесь никто не жил. В пыли было особенно хорошо видно, где проходили и что трогали оперативники. Правда, для этого нужен был свет, а сейчас в квартире стояла кромешная темень.

Стрекалов остановился и прислушался. Было тихо и мертво, но это не говорило ни о чем, кроме опыта и профессионализма Гриши. Лука три раза постучал по полой части стены под выключателем в кухне. Через несколько мгновений раздался ответный глухой стук, и Лука, ничего уже не опасаясь, прошел к незанавешенному окну в просторной гостиной.

— Тебя видно, – прошептал Маркевич. Сам он устроился не прямо напротив окна, а в глубине комнаты и сидел в кресле с полосатой обивкой и резными подлокотниками.

— Да никто не смотрит. Особенно эти, – мотнул головой Стрекалов.

Сквозь занавески нужного окна было видно не все, особенно невооруженным глазом, но по общим очертаниям Лука догадывался, что Белкин и Рысина занимаются любовью. Маркевич был вооружен любительским телескопом, поэтому мог сказать больше, и он начал говорить, не дожидаясь указаний Луки:

— Они пришли в восемь ноль четыре. Я позвонил тебе в восемь ноль семь. Затем они говорили – сначала сидя, потом лежа – поэтому точного времени начала полового акта я назвать не могу. Ну уже минут сорок валяются.

Стрекалов кивнул, не подумав, что его напарник не сможет увидеть этот жест.

— Лука, зачем мы здесь? – спросил Маркевич.

— Ну смотри, какие зверушки.

— Если захочу посмотреть, как люди сношаются, я найду способ попроще, – ответил Гриша.

Лука резко повернулся к нему:

— Доверься мне. Теперь осталось лишь дождаться.

— Дождаться чего?

— Пока они заснут.

Ждать пришлось довольно долго – не меньше получаса. Стрекалов откинул тряпку с дивана, явно шедшего в одном гарнитуре с креслом, на котором сидел Маркевич, и прилег на него. Можно было подремать – ведь события могли начать развиваться очень быстро, хотя по плану Луки у них еще была эта ночь. Однако сон, конечно, не шел, да и Гриша время от времени давал комментарии:

— Она плачет.

— А он?

— Ничего не делает. Смотрит в потолок.

Через несколько минут:

— Она обнимает его. Кажется, засыпают.

Еще через несколько минут:

— Он не спит.

— Что делает?

— Ничего. Смотрит в потолок. Как мертвый… но он дышит.

Спустя еще несколько минут уже Стрекалов нарушил тишину нетерпеливым шепотом:

— Ну? Он уснул?

Гриша ответил не сразу. Наконец, он так же шепотом, хотя в этом не было никакой нужды, ответил:

— Не знаю. Он закрыл глаза, но я не могу точно сказать.

Стрекалов тихо чертыхнулся и резко поднялся на ноги.

— Ладно, пошли.

— Куда?

Лука не стал отвечать, а Маркевич не стал больше спрашивать.

Стрекалов первым покинул квартиру. Он быстрым шагом спустился вниз и вышел во двор. Здесь и так было темно, но Лука дополнительно спрятался за стволом старого вяза. Теперь нужно было ждать пять минут – так как в квартире формально никогда никто не бывал, оперативникам приходилось соблюдать определенные правила, чтобы не привлекать внимание соседей.

Через отмеренное время Гриша появился в проеме подъезда. Лука выбрался из тени вяза и проследовал за ним. Они встретились возле автомобиля Стрекалова, и он тут же сел за руль. Маркевич замешкался и спросил: