Доктор Фальк и убийства под парусом - Игорь Евдокимов Страница 94

Как и ожидалось, Арсений Устинович прибыл первым, уже на рассвете. Он выслушал доклад Сидорова, покивал, осмотрел тело и поляну вокруг него своими глазами, после чего дал разрешение на перевозку покойника в клинику, а Фалька попросил немедленно приступить к вскрытию. Сам Новиков, дождавшись пристава, отправился опрашивать гостей. Отправиться домой позволили только Лидии, за которую поручился Фальк. Доктор догадывался, что Арсений Устинович сделал для них огромное послабление – формально и девушка, и сам Василий Оттович подпадали под категорию подозреваемых. Однако его постоянная помощь полиции, кажется, наконец-то начала приносить хоть какие-то преимущества.

С покойным Мамаевым доктор провозился до полудня, так что и Новиков, и Сидоров успели закончить свои дела в усадьбе и приехать к нему, в клинику Федоровского.

— Василий Оттович, не томите, переходите к делу, – попросил Арсений Устинович, выглядевший не менее утомленно.

— У меня есть два вывода: твердый, медицинский, и второй – основанный исключительно на догадках, – сказал Фальк. – Давайте начнем с первого. Думаю, вы уже успели заметить, что покойный Николай Дмитриевич Мамаев не похож на человека, проведшего несколько недель на дне моря.

— Да, это первое, на что я обратил внимание, – подтвердил Новиков.

— Я готов заключить, что примерное время смерти – утро воскресенья, – продолжил Василий Оттович. – А это значит, что он никак не мог погибнуть вместе с Рыбиным и до недавнего времени был жив. Хотя и не совсем здоров. Он весьма бледен, будто давно не видел солнца. Под ногтями – земля. Также мой осмотр показал высокую степень истощения. Поэтому, вероятно, эти две недели он практически не питался. Предположу, что его буквально держали на хлебе и воде. Не знаю, сколько весил Мамаев при жизни, но сейчас его вес составляет немногим более сорока килограммов.

Сидоров удивленно присвистнул:

— Вот это диета!

— Только барышням, пожалуй, рекомендовать не будем, – сухо заметил Новиков. – Что еще, Василий Оттович?

— Новые странности, – пожал плечами Фальк. – На шее покойного я обнаружил странгуляционные борозды…

— Василий Оттович, попроще, будьте любезны, – взмолился Александр Петрович.

— Его задушили, – пояснил доктор. – Причем заранее. Вы сами видели поляну, где обнаружили покойного. Никаких следов борьбы, даже минимальных.

— То есть его удавили, а затем перенесли в парк Несвицкого? – недоверчиво уточнил Новиков.

— Выходит, что так, – ответил Фальк.

— А как же молоток для крокета? – спросил Сидоров.

— Молотком был нанесен удар по черепу, однако сделано это было уже после смерти. Опять же, предположу, что незадолго до обнаружения тела. Иначе бы на молотке было больше крови.

— Ну да, после смерти этот фокус уже не сработает, – кивнул Новиков.

— Кстати, хотел уточнить – удалось ли выяснить, кому принадлежал молоток? – поинтересовался Фальк. – Молотки выдавались по одному на пару игроков и помечались цветом…

— Угадаете? – вместо ответа спросил следователь.

— Несвицкий, – без тени сомнения сказал Василий Оттович.

— Именно. Итак, что мы имеем? Некто держал господина Мамаева в плену, судя по земле под ногтями – в каком-то погребе, несколько недель после его исчезновения. Морил голодом. Затем задушил, тело подкинул в парк Несвицкого, а для пущей убедительности ударил покойника по голове молотком князя.