Семейные узы - Марина Серова Страница 96

— Да, все верно. Но только Гвоздев контактировал с Никифоровым через Вахтанга Жорданидзе. Тот является подручным Никифорова, его, так сказать, «правой рукой». То есть Никифоров поручает ему кураторство особых, деликатных, скажем так, проектов. Догадываешься, каких?

— Очевидно, таких проектов, которые связаны с большими деньгами? – предположила я.

— Не просто большими, а очень большими деньгами, Таня, – поправил Юрка. – Морду кому-то набить, припугнуть, убрать с горизонта – все в таком духе. Но это все мелочи. Ты слушай дальше. Этот Никифоров очень тесно взаимодействует с региональными кругами. Иными словами, он всегда там, где участвуют вкладчики-инвесторы и государственные структуры. И, как выяснилось, Никифоров хорошо знаком с… угадай с одного раза, с кем?

— Неужели с Подхомутниковым? – спросила я.

— В точку! Ты, Тань, попала в самую точку! Именно! И теперь смотри, какая получается связка: Гвоздев вместе с Бубенчиковым похищает Маргариту Подхомутникову. Вахтанг Жорданидзе, следующее звено – Никифоров, а далее – Подхомутников.

— Значит, все дело в инвестициях. А Александр Вячеславович Подхомутников как раз имеет к ним самое непосредственное отношение, как руководитель компании «Лидер», которая как раз и занимается госзаказами. Как сам Подхомутников это называет – государственно-частное партнерство, – сказала я.

— Вот именно! – подтвердил Аркадий Сидоров.

«Стало быть, Константин Перевозчиков никакого отношения к похищению Маргариты Подхомутниковой не имеет, – подумала я. – Все дело провернул Гвоздев с Бубенчиковым. Это грязное дело как раз для таких, как они. А Перевозчиков несостоявшийся предприниматель и по большому счету авантюрист-аферист. Как бы он не стал еще и убийцей Елизаветы Подхомутниковой».

— А как там Маргарита Подхомутникова поживает? – спросила я.

— Прекрасно она поживает. Только спрашивает, когда ей можно будет вернуться домой, в Тарасов, – сказал Юрка. – Подлечили девчонку, успокоилась она. Мы решили, что можно сегодня вечерком ее и посадить на самолет.

— Согласна, – улыбнулась я в трубку. – И большое тебе спасибо за все.

— Спасибом не отделаешься, – нарочито грозно проговорил Сорокин. – С тебя коньяк и общество.

— Как только здесь со всем разберусь, так сразу. А то я в вашем чудесном Адлере даже на пляже не повалялась.

Я добралась до дома, приняла душ, сварила себе кофе и полезла в интернет. Первым делом выяснила, на каких условиях Елизавета Подхомутникова и Константин Перевозчиков оформили свой тунисский бизнес. Хмыкнула: Перевозчикову было бы выгодно, если бы Елизавета просто исчезла – перспективное дело оказалось бы в его руках как партнера. Далее – пересмотрела все данные, которые по давней своей привычке записывала в блокнот. И, кажется, поняла, где мне искать вторую потеряшку.

Выйдя, уселась за руль собственного автомобиля и поехала в областную офтальмологическую больницу, расположенную в Поливановке. Отсюда хорошо просматривалась вся территория, прилегающая к больнице.

Зашла в больницу, с помощью девочек на ресепшен выяснила, что Прасковья Фроловна, тетя подруги Елизаветы Подхомутниковой, сегодня работает, и попросила вызвать ее к входу. Худенькая и невысокая женщина подошла ко мне, на ходу стягивая с рук рабочие перчатки. Она здесь трудилась уборщицей.