Тайный ликвидатор - Валерий Шарапов Страница 96

— Ну да, конечно… Пантелей хоть никуда не отлучался?

— Нет, – помотала головой Светлана.

— Ясно, – усмехнулся Некрасов, – Пантелей тебе об этом и рассказал. Вот же неугомонный, и когда успокоится? Всех готов заподозрить…

— Послушай… – Светлана колебалась. – Убийца мог тебя убить – ему это ничего не стоило. Но не стал, просто треснул по голове, убирая препятствие в твоем лице. Пистолет не забрал, удостоверение тоже. Меня он также мог убить… Андрей, противно об этом думать, но невольно начинаешь задумываться…

— Ладно, потом обмозгуем. Пойдем к Броницкому.

Он сделал шаг, закружилась голова – и чуть не покатился с лестницы! Вцепился в перила двумя руками, кровь отхлынула от лица. Светлана испуганно схватила его за плечо. На лестнице, слава богу, было пусто – никто не видел его позора.

— Спокойно, Маша… – пробормотал Андрей.

— Почему Маша? Какая Маша? – Светлана не на шутку перепугалась – этого ей еще не хватало!

— Спокойно, Маша, я Дубровский… – выдавил Андрей, и она облегченно вздохнула. – Дай минутку передохнуть. Нет, сегодня я не боец, давай-ка ты сама к Броницкому, уговаривай его, приводи аргументы… А я обратно в отдел.

— Хорошо… Ты точно не покатишься с лестницы?

— Да иди уж…

Держась за стенку, ловя на себе сочувственные взгляды, Некрасов вернулся в отдел, сел на свое место. Пантелей смотрел на него с каким-то тихим перепугом. Все молчали, видно, видок у капитана был аховский.

— Савелий Петрович, тащи свой цианид, – просипел он. – Маловато оказалось, не забирает…

Ветлужный услужливо поднес таблетки, воду.

В состоянии покоя становилось легче. Идти в медпункт страшно не хотелось – что хорошего могут сказать эти люди в белых халатах?

Светлана вернулась минут через двадцать – с большими, исполненными театрального ужаса глазами. Ей в затылок дышал уполномоченный Сумин, невозмутимый, как сфинкс. «Это не я его привела! – выразительно вещала мордашка Светланы. – Он сам прицепился!» Она бочком пробралась на свое место.

Уполномоченный приблизился к столу Некрасова, поискал глазами свободный стул, придвинул его.

— Доброе утро, товарищ Некрасов.

— Оно не доброе, – проворчал Андрей.

— Да, я вижу. – По губам особиста поползла злая усмешка. – Но некогда болеть, Андрей Николаевич. Есть что доложить по нашему делу?

Уже по нашему? От души хотелось выругаться. А лучше встать и двинуть кулаком промеж насмешливых глаз. Но это – тот же приговор. Особист смотрел с усмешкой, но в глубине въедливых глаз мерцала тревога и как бы даже опаска. «Они уже не те, – начал успокаивать себя Андрей. – Это в 37-м перед ними по струнке ходили, никто перечить не смел…»

— Работаем, товарищ уполномоченный.

— Понятно, – кивнул Сумин. – Дежурная отговорка. Я слышал, у вас осведомителя убили. Прямо перед вашим появлением. И пальцем не пошевелили, чтобы это предотвратить.

— Сожалеем, товарищ уполномоченный… – Ох, как чесались кулаки под столом! – Осведомителя убили до того, как мы приехали. Вот если бы мы знали, что его убьют, приехали бы раньше.

— Вы издеваетесь? – прищурился Сумин. – Может, не хотели об этом знать, Некрасов? Может, вы слишком заняты были, чтобы ценного информатора защитить? Складывается ощущение, что вы не больно-то торопитесь завершить дело. А что касается вас, старший лейтенант Каретникова, – уполномоченный повернулся к Светлане, – то до меня дошли сведения, что у вас складываются весьма странные отношения с семьей Поляковых. Вы ходите к ним в гости, покупаете конфеты…