Пробуждение Оракула - Катерина Пламенная Страница 98

— Этого... этого более чем достаточно, — сказал Максим, медленно пролистывая документы, его лицо было серьезным. — Этого хватит, чтобы разрушить его карьеру, лишить всех званий и отправить за решетку лет на пятнадцать. Но... этого недостаточно, чтобы обезвредить всю его организацию. Она, как гидра, отрастит новую голову.

— Значит, мы начинаем с головы, — безжалостно сказала Елена. — Без Орлова его империя если и не рухнет сразу, то будет серьезно ослаблена и дезориентирована. У нас будет время.

— Но как мы это используем? — спросила Светлана, ее добрые глаза были полны тревоги. — Мы не можем просто отправить это в прокуратуру или ФСБ. Нас самих объявили преступниками, психически нездоровыми. Наше слово ничего не будет стоить.

— Мы используем это как козырь, — сказала Алиса, ее пальцы замерли на клавиатуре. — Мы выходим на связь. Шантажируем его. Предлагаем сделку. Он оставляет нас в покое, официально распускает свою «лабораторию», и мы не обнародуем эти документы. Взаимное уничтожение.

— Он не согласится, — покачал головой Максим. — Он не из тех, кто идет на переговоры. Он скорее пойдет на тотальное уничтожение, включая себя, чем признает поражение и потеряетконтроль. Для него это хуже смерти.

— Тогда мы обнародуем их анонимно, — твердо сказала Анна. Все взгляды устремились на нее. — Через ваши, Алиса, самые защищенные, непрослеживаемые каналы. Разошлем в несколько крупных независимых СМИ, оппозиционным политикам, у которых есть доступ в правоохранительную систему. Мы обрушим его репутацию, его имя. И когда он будет бороться за свое выживание, отбиваться от обвинений, у него не будет времени и ресурсов на нас.

— Это риск, — снова предупредил Максим. — Обезумевшее, загнанное в угол животное самое опасное. Он может решиться на любой, самый отчаянный и жестокий шаг.

— А мы будем готовы, — Анна обвела взглядом своих союзников — сестер по дару, подругу-пианистку, мужа-стратега. — Мы не будем больше просто прятаться. Мы нанесли первый удар. Теперь нанесем второй. Решающий. Мы вышли из тени.

Они спорили еще несколько часов, взвешивая все риски и возможные последствия. В конце концов, решили пойти на риск. Подготовить тщательно упакованный, зашифрованный пакет документов с комментариями и через цепочку анонимных прокси-серверов, используя протоколы глубокого веба, отправить его в пять крупнейших независимых редакций и трем политикам, известным своей борьбой с коррупцией в силовых структурах.

Пока Алиса занималась технической частью, оттачивая цифровой кинжал, Анна вышла на крыльцо подышать морозным воздухом и унять дрожь в руках. К ней через несколько минут присоединился Максим. Он стоял рядом, и его плечо почти касалось ее плеча.

— Ты стала другой, — тихо сказал он, глядя на заснеженные ели. — Не той испуганной женщиной, что нашла папку в моем кабинете. Ты стала... сильнее. Жестче. Решительнее. Как полководец.

— Меня сделала такой необходимость, — она тоже смотрела в лес, на белые шапки на ветках. — И все вы. Я больше не одна в этой борьбе. Я часть... команды. Семьи.

— Ты никогда не была одна, — он повернулся к ней, и его взгляд был серьезным и печальным. — Даже когда ты, по справедливости, ненавидела меня, я был с тобой. Потому что я не мог иначе. Ты была моим светом даже в самом густом мраке лжи.