Ловелас. Том 4 - Илья Взоров Страница 99

Я же пошёл обратно в свой кабинет.

И на пороге остановился.

В кресле для посетителей сидела Полли с Китти. У последней было встревоженное лицо.

Они смотрели на меня обе.

— Кит, — мягко сказала Полли. — Мы тебя не задержим. Минута.

— Заходите.

Мы расселись в кабинете, я откинулся в кресле:

— Слушаю.

— Ты точно уверен, что мы должны начинать войну с Хёрстом?

— Полли. Войну с Хёрстом не я начал. Её начал он.

— Кит…

— Я просто хочу, чтобы мы это проговорили. Он первый. Он в ноябре зарядил свои газеты полоскать меня за стартовый номер с Монро. Потом был суд, они все тоже отработали по-полной. Порнограф, торговец плотью… Второй номер? Снова они. Уверен, что в эту самую минуту звонит сенатору Маккарти и просит «прижать этого негодяя из Лос-Анджелеса». Это третья атака, и она ещё впереди. И я сильно подозреваю, — я постучал пальцем по обложке «The Nation», которая всё ещё лежала на моём столе, — что статью своей дочери в журнале он отыгрывает в свою пользу. Он, может быть, не сам её туда отправил, — но он этот факт сейчас аккуратно использует, чтобы связать «Ловелас» с леваками в глазах Маккарти. Хёрст идёт против меня на всех уровнях одновременно: через прессу, через Сенат, через моральную лигу. Он подсылает к нам в офис журналистов под прикрытием — мы вчера одну такую поймали. Он настраивает против нас законодателей и закон. Он, в конце концов, сам сделал из меня врага.

— Но…

Лицо Китти сморщилось, в глазах появились слезы. Все-таки беременна! Уж очень эмоциональная реакция на простой бизнесовый вопрос.

— Китти. Выбора у меня нет. Если я сейчас встану в оборону — нас сожрут за полгода. Маккарти меня вызовет в Сенат, потащит на сцену, юристы почты выиграют дело, тираж третьего номера задушат в типографии, журнал закроют, клубы потеряют лицензию по «моральному вопросу»… Мэрилин и ее актерская братия — сольется. Или вы думаете они подписывали письмо в суд из-за большого сочувствия ко мне? Да они просто пиарились!

Я помолчал, потом продолжил:

— Короче, есть рабочий сценарий, в котором нам отведена роль жертвы. И я в этой роли быть не хочу. Поэтому — да, мы воюем. На опережение.

Полли переглянулась с Китти.

— Но зачем это Хьюзу?

Опять Адлер бьет не в бровь, а в глаз.

— Я не знаю. Именно поэтому лечу к нему все разнюхать. Они оба с Херстом главные доноры респов. Если не брать нефтяников, табачников и оружейное лобби. «Слоны» сейчас взяли власть, их Эйзенхауэр сидит в Белом Доме. Гувер возглавляет ФБР. Но главная сила — это ЦРУ и Госдеп. Там братья Даллесы. Это все спаянная шайка, которая контролирует в Штатах практически все. Прочно и надолго. Есть, конечно, клан Кеннеди. От демократов. Но им еще далеко до Белого Дома. Зачем Хьюзу начинать сейчас войну? Пили бюджет на своих суперсамолетах, отмывай бабки на кино и живи припеваючи.

Дамы встали, оправили юбки, ушли. А я задумался, зачем все это Хьюзу? Нет ответа.

* * *

Я не успел толком все обдумать, как в дверях нарисовался Ларри.

В своей новой голубой рубашке, в подогнанном костюме, с зачёсанной набок шевелюрой. Но с тем самым выражением лица, которое у него с дня кастинга с Рейчел не сходило. Тихая, неотговариваемая, грустная мужская обида.

— Кит. Меня в Аспен не возьмёшь?

— Нет, Ларри. Не возьму. Нечего тебе там делать пока.