Хроники новуса I - Наталья Бутырская

Глава 1

Бум!

Лавка подо мной затряслась. Я скатился на пол, подхватив одной рукой сползающие портки.

— Жрать! — прорычал отчим.

Ненасытная утроба! И чего он вчера не ушел к полюбовнице? Там бы и пожрал.

Я помотал головой, чтобы прогнать сон. Никак не мог продрать глаза, будто вот только уснул. Кое-как разлепив один глаз, я побрел к очагу, чиркнул огнивом, подпалил заранее подложенную под дрова солому и лишь потом вспомнил, что сегодня наш черед пасти деревенское стадо. Отчим говорил о том вчера. Говорил, ага. Попросту буркнул: «Завтра стадо пасем» и всё.

Так, чего брать-то? Лепешки еще с третьего дня остались. Кашу можно нарезать кусками, она задубела за ночь, вдруг и не прорубишь. Отрезать засоленную свинину? Не, это пусть отчим сам думает. Мне трогать мясо нельзя! Будто я его объем. Такого разве объешь? Он жрет в три горла, да и сам размером с быка. Мамка его за то и выбрала, думала, он будет пахать за троих. Он и впрямь ел и работал за троих, и ночью ему тоже не спалось, заездил мамку, потому она и померла рано.

Я плюхнул в миску вчерашней каши и отдал отчиму. Тот наконец поднялся с лавки, в свете очага блеснула лысина на полголовы. Борода и брови у него была любому на зависть, а вот на макушке волосы держаться не хотели.

Он захрустел полусваренными зернами. Никак мне не давалась стряпня: то всё в кисель размякнет, то недоварится, а вода уж выкипела. Как только бабы с этим справляются? Меня ж никто не учил. Пока мать была жива, я и не смотрел на ее труды, бабское ведь дело! А как померла, так отчим сказал, что стряпня ныне на мне. Как мы только с голоду не померли? Я всякий раз после еды сильно животом страдал, но с тех пор наловчился: на вкус также преотвратно, зато хоть уж не хвораю. Или попросту привык.

Пока отчим жевал, я пошел собирать мешок, нам ведь весь день за коровами ходить. Оно дело несложное, знай смотри, чтоб тупая скотина далеко не забрела да отгоняй волков.

Как вышли, еще было темно, только-только край неба посветлел. Отчим пошел к краю деревни, пощелкивая кнутом, я поплелся за ним. Коровы выходили из дворов одна за другой, медленно сбиваясь в большое стадо. Хозяйки сонно глядели им вслед и исчезали в домах.

— Тарг! — окликнул отчима сосед. — Пригляди за моим быком. Он нынче буянит, как бы сдуру не убег куда.

Сунул мне куль с чем-то ароматным. Никак пирог с рыбой! Не пробовал его с той поры, как мать померла.

Отчим кивнул. Сосед распахнул ворота коровника и едва успел отскочить, со двора вылетел черный коренастый бык с широко расставленными рогами. Бык взревел, увидел отчима и сорвался прямо на него. Отчим выставил руки вперед и ухватил скотину за рога. А потом я узрел небывалое: бык остановился, как вкопанный. Он упирался всеми четырьмя копытами, мычал, размахивал хвостом, но не мог сдвинуться с места, а отчим как стоял так и стоит. Даже назад шагу не сделал. Выждал, пока бык устанет, да как хватит его кулаком по лбу! И тот разом присмирел.

Не, я знал, что отчим силен, но чтоб бешеного быка голыми руками остановить… Может, он этот… как его… новус? Только новусы столь могучи! Хотя что новус забыл в нашей деревне? Был бы он новусом, так отправился бы в город, вошел бы в бургомистрово войско, ел бы каждый день от пуза, ходил в блестящем железе по улочкам и брал у торгашей что вздумается, задаром. Эх, вот это жизнь! Это тебе не горбатиться с утра до ночи в полях, чтоб потом тот же бургомистр забрал половину твоего урожая.